Эстетика: Вчера. Сегодня. Всегда

Н.А. Кормин 85 хозаветных предначертаний его эстетического образа, Шеллинг подчеркивает: «Что бы мы ни думали об облике Иисуса и осо-бенно о чертах его лица (причем в любом случае пришлось бы учитывать различные виды красоты, которые латиняне разли-чают словами pulcher, venustus, formosus...), из его внешности должно было бы явствовать, что в основе его телесности лежит нечто не от этого мира. В этой связи мне кажется, что в скульп-туре и живописи истинный идеал Христа еще не нашел своего отображения»6. Интерпретируя начало первой главы Евангелия от Иоанна, Шеллинг считает, что, говоря об участии Логоса в творении, апостол вынужден возвратиться к указанию на Его божественный исток. Предваряя свои рассуждения о демиурги-ческих потенциях, которые соединяются всеединым Духом до неразличимого состояния (Дух в-себе-сущий как способность быть, для-себя-сущий как необходимость быть и у-себя сущий как долженствование), о функции Слова в творении, философ полагает, что «в творении оно было только у Бога (как потенция), но не было Богом»7 . Речь, следовательно, идет о некой невизу-альной визуальности, печать которой лежит на всем мире. Но то, что Бог вообще связался с этим миром, не является ли это, вопрошает немецкий философ, свидетельством боже-ственного безумия. В сущности, речь идет о творении как о мировом искусстве, видом которого является и человек в своем первом бытии, т.е. существо, непосредственно выходящее из творения, обладающее основой творения как возможностью. С созданием человека «творение было завершено, однако по-ставлено на подвижную основу — на владеющее самим собой существо. И если мы окинем взором все до сих пор пройден-ные моменты, то вынуждены будем сказать, что сам Бог как бы неудержимо пробивается к этому миру, благодаря которому он только и имеет все бытие совершенно вдали от себя, в котором он обладает свободным от себя миром, поистине вне Его сущим творением»8 . Итак, речь фактически идет о творении как онтологичес-ком творчестве, о создании та...