Драма советской философии

В полемике с "вульгарной социологией" (которая сегодня про-цветает и у нас, и на Западе, украшенная самой модной терминоло-гией) лидеры течения Лифшиц и Лукач отстаивали тезис о реальном существовании идеального и абсолютного. Смысл ленинской теории отражения, по убеждению Лифшица, в том, что человек отражает не мертвый объект, а сама действительность обладает идеальными свой-ствами, свойством отражаемости. "Не мы мыслим и чувствуем объек-тивную реальность — она мыслит и чувствует себя нами", — писал он. Эта мысль была близка и Ильенкову, недаром он любил повто-рять слова Фейербаха: "Сознание человека — самосознание вещи". Идея реальности идеального есть идея демократическая в самом глубоком смысле этого слова. Когда политик действует как револю-ционер и демократ? Не тогда, когда ломает и разрушает реальность вопреки ее собственной объективной логике. Он демократ и револю-ционер, если ему удается разговорить страну, помочь народу обрести свой собственный голос — превратить рев вулкана в симфонию Бет-ховена. В противном случае при самых лучших намерениях он стано-вится голосом не объективного мира, а своей собственной ограни-ченной ситуации, голосом эгоистических групповых интересов. Манипуляция массами, в свою очередь, рано или поздно ведет к не-примиримому обострению классовых и групповых интересов, к из-вержению вулкана, катастрофе. Но что такое объективная необходимость? Ответ на этот вопрос у Лифшица и Ильенкова, как мне кажется, разный. Для Ильенкова — идеальное только в человеческом обществе, его нет и не может быть в природе. Но из этой позиции вытекает, по-моему, что объективная необходимость в природе вещей имеет слепой, механический, задан-ный, одним словом, далекий от идеального, характер. Внесение кате-гории случайности здесь ничего не объясняет, а только подчеркивает механический характер необходимого. Что же в таком случае пред-ставляет собой свобода воли? "Способность осуществлять всю сово-купность действий, — отвечает Ильенков, — вопреки отклоняющ...