История инквизиции в Средние века

Всевышнего, непосредственно обращаться к которому сами они не могли. И вот среди этой-то впечатлительной массы, доступной самым крайним порывам, суевер­ной и медленно пробуждавшейся от умственной спячки, вспыхнула война между Церковью и ересью, т. е. между силой консервативной и силой прогрессивной; долго длилась эта война, и ни та, ни другая сторона не одержала в ней полной победы.Замечательно, что ереси, поколебавшие Церковь, не были на этот раз простыми умозрительными тонкостями, выдвинутыми учеными богословами, как это было в то время, когда догматы веры только еще вырабатывались; это явление предве­щало ту новую цивилизацию, которая выступила на смену схоластики. Мы не встре­тим теперь таких ученых еретиков, как Арий или Присциллиан, Несторий или Евти- хий, которые своим учением, шедшим вразрез сучением Церкви, вызвали громкие споры. Подобные споры не могли уже иметь места в Церкви, обладавшей строгой иерархией и выработавшей стройную догматику; правда, от времени до времени по­являлись схоластики, которые, действительно или по-видимому, расходились с гос­подствующим учением Церкви, как, напр., Беранже Турский, Абеляр, Гильбер де ла Поре, Петр Ломбардский, Фолькмар фон Триффенштейн, но они стояли оди­ноко, и их учение быстро подавлялось Церковью. Нужно заметить еще, что за весьма малым исключением господствующие классы почти не принимали участия в зарож­дении ереси. С эпохи римской империи Церковь и государство заключили между со­бой союз, чтобы держать народ в повиновении; каковы бы ни были мотивы, побуж­давшие государей, подобных Иоанну английскому или императору Фридриху II, отвергать притязания духовенства, они, тем не менее, никогда не решались касаться основных положений, на которых покоилась их собственная прерогатива. Как общее правило, можно сказать, что ересь первоначально распространилась среди массы простого народа, а уже затем ее принимали люди благородного происхождения; так было, как мы это увидим ниже, в Лангедоке и Ломбардии. Удары, поставив...