Летопись Нестора

21 —никнувши змиа изо лба и у клюну в ногу, я съ того разбо- лѣся и умре. И плакашася людие вси плачемъ великимъ, и несоша и погребота его на горѣ, еже глаголеться Щековица; есть же могила его и до сего дни, словеть могыла Ольгова1). II бысть всѣхъ лѣтъ княжениа его 33.Се же дивно, яко отъ волхованья собывается чародѣй­ство, якоже бысть во царство Доментіаново: нѣкій волхвъ, именемъ Аиолоній Тіянянинъ, знаемъ бѣяте шествуя и творя всюду и въ градѣхъ и въ селехъ бѣсовьскаа чюдеса: отъ Рима бо пршпедъ въ Византію, у мол ешь бывъ отъ живущихъ ту, сотвори сія: отгнавъ множество змий и скоропий изъ гра­да, яко не врежатися человѣкомъ отъ нихъ; ярость конь- скую обуздавъ, егда ссхожахуся боаре. Такоже и во Антиохию пришедъ, и умоленъ бывъ отъ нихъ, томимомъ бо Антиахия номъ отъ скоропий и отъ комаръ, сотворивъ мѣдянъ скоро­пий и погребе его в земли, и малъ столпъ, мраморенъ по- стави надъ нимъ, и повелѣ трость держати человѣкомъ, и ходити по городу и звати, тростемъ трясомомъ: „безъ комара граду“, и тако исчезнута изъ града скоропия и комарье. И просиша лее пакы о лежащимъ на градѣ трусѣ въздохну, списа на дщицѣ сія: „увы тобѣ, оканьный граде, яко потря- сетися много, и огнемъ одержимъ будети, оплачетъ же тя и при березѣ сый Оронтий. О немъ же и великій Анастасій Божья града рече: „Аполонию же даже и донынѣ на нѣцехъ мѣстехъ собываються створенаа стоащаа, ова на отвращение *)*) Такое же сказаніе встрѣчается и въ скандинавскихъ сагахъ о Нор­вежскомъ Оддурѣ. Послѣ многолѣтняго отсутствія, воротившись въ Норве­гію, Оддуръ сказалъ своей дружинѣ: „Посмотримъ на погрязшій въ болото курганъ, подъ которътмъ погребли мы коня Факса“ . Пришедши же къ кур­гану, сказалъ: „теперь нѣть уже никакой опасности отъ предсказанія воро­жеи, угрожавше...