Концепт «состояние природы» в русском языке (на материале художественных текстов XIX – XX веков)

33 руя семантику безличного предложения, отмечает, что фактор стихии является основополагающим для русского языкового менталитета в целом [Арутюнова 1999: 814]. 2. Признак ‘перцептивность’. Поскольку в основе мысли, зафиксированной языковыми сред-ствами, лежит восприятие как «один из главных каналов получения информации о мире» [Кустова 1999: 230], фигура Наблюдателя проч-но вошла в обиход современной лингвистики [см.: Кравченко 1993, 2001; Падучева 1993; Верхотурова 2006, 2009 и др.]. Все явления язы-ка пронизаны «перцептивностью» наивной картины мира, ориентаци-ей на Наблюдателя [Верхотурова 2009: 3]. Позиция Наблюдателя предполагает «взгляд со стороны». Чело-век «сканирует» местность, «считывает» информацию о пространстве с окружающих вещей [Борисова 2004: 199]. Этот процесс «сканиро-вания» происходит благодаря внешним органам чувств, в результате чего предикативы специализированных структурных схем именуют состояние природы, фиксируемые посредством слуховых рецепторов Наблюдателя: [К вечеру надвинулась большая гроза, было душно,] – погромыхивало (Толстой. Мишука Налымов) («где самопроисходит»); зрительных: Вызвездило… (Бунин. Учитель) («где самопроисхо-дит»); обонятельных: Горько пахло осиновой корой, оврагами с прелой листвою… (Бунин. Последнее свидание) («где пахнет чем»); осязательных: Было жарко… (Бунин. Князь во князьях) («где есть каково»). Признак ‘перцептивность’ (получение информации о состоянии природы через органы чувств) в содержании концепта «состояние природы» актуализируется всеми специализированными структурны-ми схемами. Отметим, что в нашей картотеке примеров встретились и «по-лимодальные высказывания», т.е. информирующие о состояниях при-роды одновременно на основе данных различных рецепторов (осяза-ния и слуха, слуха и зрения, осязания и зрения). Например: Было знойно и тихо (Толстой. Аэлита) (осязание и слух); В роще вечереет,