Сожженная Москва

флетов о Наполеоне и она один из них, написанный мадам деСталь, по желанию княгини, прочла ей вслух, ее взгляд на Наполеона начал быстро изменяться. Вероломная же казнь герцога Ангиенского повергла ее просто в отчаяние. Узнав, как не повинныйни в чем герцог был схвачен, поставлен во рву Венсенской крепости и, без сожаления, расстрелян Наполеоном, Аврора разрыдалась, повторяя: «Бедный, бедный! и за что? где наказание егоубийцам?» Несколько успокоясь, она заперлась у себя в комнате,наверху, прочла все вновь полученные и вывезенные бабкой брошюры о Бонапарте, на которые она прежде не обращала особоговнимания, и Наполеон, с его блеском, громкими войнами и разрушением старых городов и царств Европы, вместо идеального героя начал ей представляться ненавистным, эгоистическим и звероподобным чудовищем. Она даже сетовала в мечтах, почему неродилась мужчиной, иначе она была бы в рядах смелых бойцов,сражающихся с этим новым Чингисханом.Познакомясь с Перовским, Аврора вначале с пренебрежением инасмешкой, потом внимательнее вслушивалась в его дифирамбыНаполеону и, под его влиянием, на некоторое время не то чтобысмягчила свой взгляд на загадочного героя, а этот герой пересталее волновать и раздражать. Но когда разнеслась и стала подтверждаться молва о близости войны и когда благодаря этому Бонапарту, которого отчасти еще защищали Перовский и княгиня и открыто бранили Растопчин и Тропинин, Аврора должна былапроститься с человеком, которого в душе предпочитала другим, —в ней снова поднялась вражда к «корсиканскому чудовищу», грозившему России бедствиями войны. Аврора старалась в душепримириться с отъездом искателя ее руки.«Недалеко, — думала она, — дватри месяца пролетят незакатно!.. Он возвратится и, несомненно, выскажется...»Когда же Перовский, с прочими отпускными офицерами, былнежданно потребован к Растопчину и ему объявили приказ о немедленном выезде в армию, Аврора не помнила себя от горя.«Вернется ли он, и действительно ли можно еще избежать войны? — мыслила она. — И заче...