Русский язык конца XX столетия (1985-1995)

ВВЕДЕНИЕ 29 Можно думать, что популярные герои рекламы продолжат свой вклад в окка­зиональное словообразование. 2 Покажем это на примере построения газетных заголовков. Вот несколько типических примеров: Настоящие большевики любят Россию издали: Товарищ Фалин как зеркало номенклатурной эмиграции (Изв., 13.08.94); "Русский Рэмбо" как зеркало русской революции (МК., 17.12.93); Влюбленные всех полов, соединяйтесь (Сег., 16.02.94); Прапорщики всех стран, объединяй­тесь В шведской армии обнаружены "неуставные взаимоотношения" (Сег., 27.05.94); Союз евразийский субъектов свободных (Коммерсант, 91, № 48); СП СССР: мы наш, мы новый путч устроим (Коммерсант, 1991, № 35); Мунк и те перь живее всех живых (Сег., 04.03.94); Как далеки они от народа: простым ки­тайцам доступны только дикие пляжи и дачи опальных вождей (Изв., 04.08.94). Иронизация может создаваться не изменением широко известного официаль­ного выражения, но помещением его в чуждый ему сниженный, пародийно ориен­тированный контекст. В разделе Ваучер газета «Сегодня» помещает статью под заголовком Этапы большого пути (05.03.94). Газета «Коммерсант» выстраивает такой ряд заголовков: Начался первый фестиваль эротического кино. Секс-рево­люция в кинотеатре «Москва»: вставай, страна огромная (1991, № 46). Преобразование поэтических цитат, названий художественных произведений и других подобных текстов внепартийной (точнее: апартийной) ориентации также часто создает эффект пародирования, иронизации. Псцобные прецедентные текс­ты деформируются вставкой в них различных примет нашей эпохи — имен совре­менных политических деятелей, названий важных событий, типических действий и т. п. Контраст вечного и злободневного создает особую выразительность, исполь­зуется как средство шутки, издевательства, насмешки, грустной иронии: Как не поссорились Борис Николаевич с Ричардом Милхаузовичем (Изв., 16.03.94; статья о невстрече Б. Н. Ельцина с Ричардом Никсоном); Российский парламент утвер­дил налоги на имущество. О, сколько нам нал...