Технологии ведения культурно-досуговых программ

49 помощь, у артистов еще не было главного – определенных взаи-моотношений друг с другом и со зрителем. И только на премьере, казалось бы случайно, сложились постоянные эстрадные маски Мирова и Дарского. Счастливая «случайность», повлиявшая на распределение ролей в дуэте Мирова и Дарского, объясняется прежде всего складом дарований обоих артистов: на эстраде резонер Дарский, вступая в конфликт с комиком Мировым, конечно, начинал его поучать. А маска «неумельца», растерянного и смущающегося человека и раньше использовалась Мировым. Э. Б. Шапировский в своей замечательной книге «Конфе-ранс и конферансье» оставил нам яркое представление о первом выходе этого дуэта: «…Дарский, маскируя охватившие его страх и волнение, бодрился, разговаривал неестественно веселым голо-сом, подозрительно громко смеялся. Особенно выдавала левая брючина, предательски дрожавшая непрерывной мелкой дро-жью. В таком же критическом состоянии, прирастая к полу но-гами, не помня себя, выходил и Миров. “Забыв от волнения текст, – вспоминает Лев Борисович, – Дарский стал на меня кричать, я молча смотрел на него испуганными глазами. Тогда он в нервном, повышенном тоне спросил меня, почему я молчу. Но что я мог ему ответить? Я начал лепетать что-то нечленораз-дельное”. И тут Дарский с необыкновенной искренностью и, ве-роятно, неожиданно для самого себя произнес: – Вот... полюбуйтесь, Миров! Мой партнер... веселый, жиз-нерадостный конферансье! Глядя на “весельчака”, судорожно уцепившегося за занавес, публика захохотала, а Миров, поймав спасительную реплику, мгновенно развил ситуацию: начал старательно засовывать за-навес в карман, и, чем упорнее он это делал, тем больше смеялся зал. Такой поворот приободрил Дарского. – Сегодня я конферирую не один. Мне помогает мой ученик (жест в сторону Мирова) Лев Борисович Миров. (В зал) Вас удивляет, почему на сцену вышли два конферансье? Дело в том,