«Светская повесть» 30-х годов и «Княгиня Лиговская» Лермонтова

30 прокатиться, ибо все это было не для него. Неожидан-но на чиновника налетел гнедой рысак, на котором мчался офицер в серой шинели с развевающимся бе-лым султаном. Чиновник был сбит с ног, а рысак с офицером промчались дальше. Под влиянием этого случая «горькие думы овладели его (чиновника. – М. Б.) сердцем, и с этой минуты пе-ренес он всю ненависть, к какой его душа только была способна, с извозчиков на гнедых рысаков и белые сул-таны» (т. V, стр. 110). Мотив этот развивается и дальше. Узнав своего обидчика в блестящем офицере, забавно рассказы-вающем о том, как он задавил кого-то сегодня, бедный чиновник в ярости восклицает: «Милостивый государь... вы едва меня сегодня не задавили, да, меня – который перед вами... и этим хва-стаетесь, вам весело? – а по какому праву? потому что у вас есть рысак, белый султан? золотые эполеты? – разве я не такой же дворянин, как вы? – я беден! – да, я беден! хожу пешком – конечно, после этого я не человек, не только дворянин!..» (т. V, стр. 121). Это глубокое чувство возмущения и оскорбленной человеческой гордости прорывается еще сильней, ко-гда в разговоре с матерью чиновник гневно говорит: «Разве когда он сидел здесь против вас, блистая зо-лотыми эполетами, поглаживая белый султан, разве вы не чувствовали, не догадались с первого взгляда, что я должен непременно его ненавидеть» (т. V, стр. 158). Но эта ненависть к золотым эполетам и белым сул-танам не носит еще принципиального характера. Красинский жадно хочет выбиться в люди, попасть в среду светского общества. Он унизительно стоит в толпе зевак, разглядывает светских людей, приезжаю-щих в прекрасных каретах на бал к баронессе Р. Увидя приехавших в карете князя и княгиню Лиговских, «Кра-