Двоевластие. На изломе

30— Ну, пока что, прощай! — сказал Теряев, надевая на голову легкий шелом с острою верхушкою. Шереметев усмехнулся. — В полудень встренемся. Я при царе буду! — Ин так! Князь вскочил на коня и взял в руки длинное копье. Дружинники вмиг очутились тоже на конях. Ворота раскрылись, и конный отряд с князем Теряевым во главе медленно поехал по спящему городу за реку Пресню. Царь Михаил Федорович, чтобы почтить своего отца, выслал ему три почетные встречи: первую — в Можайск с архиепископом рязанским Иосифом и князьями Дмитрием Михайловичем Пожарским и Волконским, вторую — на Вязьму с вологодским архиепископом Макарием, боярином Морозовым и думным дворянином Пушкиным, третью — с митрополитом Ионою, князем Трубецким и окольничьим Бутурлиным — на Звенигород и на полпуть — князя Теряева-Распояхина с тем, чтобы последний, увидев великого страдальца, поскакал к нему, царю, оповестить о приближении его батюшки. Князь поехал верст двадцать и стал станом, далеко впереди себя услав четырех конных, чтобы, взлезши на деревья, сторожили с верхушек дорогу. Сам же он, сойдя с коня, но не снимая доспехов, встретил восходящее солнце с мрачными думами и тоскою на сердце. Всюду мерещились ему то его Миша, та любимая жена. Мечется она, быть может, умирая, и в тоске кличет его, а он должен со светлым лицом оповестить царю великую радость. Видится ему Миша: тащат его лютые разбойники, каленым железом вынимают светлые глазки, бьется он в руках палачей, зовет своим голоском тятю, а его тятя должен со светлым лицом оповестить царю великую радость. — Горе мне, горе! — закричал не своим голосом князь и в отчаянии упал в траву ничком. Антон, видя отчаяние своего господина, перекрестился и, вздохнув, сказал: — Не коснусь волос своих, пока не объявится молодой князюшка! Этот обет несколько утешил его волнение. Вдруг он увидел мчавшихся к ним трех всадников. — Едут, едут! — кричали они, показываясь в облаках пыли. Антон подошел к князю и тихо позвал его. Теряев поднял голову, и лицо его выражало по...