В дыму пожаров. Перед бурей

30Во дворцах магнатов звенели золотые и серебряные кубки, слышался беззаботный смех юных красавиц, роскошь и утонченный разврат туманили головы, а в убогих селах свистел кнут, раздавались стоны и плач угнетенных хлопов. Но обездоленный холоп чувствовал, что недалеко тот день, когда в небе вспыхнет багровая заря и победит окружающую тьму долгой, удушливой ночи. VII Желтые воды. Вся зима с 1647 года по 1648 прошла в приготовлениях к походу. Хотя крымский хан Ислам-Гирей, благодаря королевской грамоте, привезенной Хмельницким, прекрасно знал, чего ему можно ожидать от поляков; хотя Речь Посполитая уже несколько лет не выплачивала ему обычной ежегодной дани, но хан все же не пожелал принять участия в войне. - Со временем я помогу тебе, - сказал Ислам-Гирей Хмельницкому, - но теперь мне еще не время идти войной на Владислава. Все, что я могу сделать для тебя, это разрешить пригласить кого-либо из мурз моих. Выбирай, кого пожелаешь. Хмельницкий выбрал перекопского мурзу Тугай-бея: у последнего было около 4 000 ногаев и, кроме того, репутация воина, прославившегося своими наездами. Весть о походе Хмельницкого с быстротой молнии разнеслась по Украйне, и к нему теперь спешил стар и млад, не взирая на универсал коронного гетмана Потоцкого, грозивший смертью даже женам и детям беглецов. К весне у Хмельницкого было уже до восьми тысяч войска. Коронной гетман и его помощник Мартин Калиновский созывали в это время панов с их доморощенными дружинами, надеясь таким образом усилить свои боевые средства. Гетман и не подозревал грядущей опасности. - Стыдно, - говорил он, - посылать большое войско против какой-нибудь презренной шайки подлых хлопов. Довольно с них будет реестровых казаков да моего сына Стефана с конницей. Они живо разнесут холопскую банду. Нужно только запастись веревками для виселиц. В апреле Хмельницкий выступил из Сечи. Навстречу ему были отправлены реестровые казаки и конница. Польские предводители смотрели на предстоящую стычку, как на веселый праздник, как на ...