Выстрел

Встал Генка, одетый так, как его только что изобразили — вылинявшаясолдатская гимнастерка и латаные штаны, заправленные в стоптанные сапоги.— Пошлость и мещанство — вот главный враг. Носят банты, галстуки,ажурные чулки, воняют духами. К чему эти декорации?— Чем тебе мешает галстук? — спросил Яша Полонский.— Надо открывать шею солнцу, а не ходить, как собачка, в ошейнике.— А ажурные чулки?— Для чего они? — воскликнул Генка. — Чтобы какой нибудь гнилокровныйбуржуазный выродок любовался «изящной дамской ножкой» на танцульках?— Ты против танцев?— Их вред доказан наукой.— Где ты это вычитал?— Могу и тебе дать почитать. А некоторые элементы еще продолжают вертетьногами. Танцы насаждают мелкобуржуазные нравы. Обращаются на «вы»,говорят: «извините», «простите», «пардон» — все это гнилая интеллигентщина. Ясам видел, как один комсомолец подавал комсомолке пальто. Зачем? Чтобыподчеркнуть ее неравноправность? Ведь она ему пальто не подала.— Хочешь, чтобы тебе подавали?— А если у них любовь?— Разве любовь в том, чтобы подавать пальто? Я не отрицаю любовь…— Спасибо, благодетель!— …Но только на основе общей идеи…Молодой звонкий голос из зала пропел частушку:Ох, по дороге колокольцы,Сердце словно прыгает.Ох, не влюбляйтесь в комсомольца,Скукою измызгает.— Генка, про тебя!На сцену поднялась Зина Круглова в форме юнгштурма — защитного цветагимнастерка и юбка, широкий ремень, портупея через плечо.— Мужчина называется мужчиной потому, что он мужественный.— Вода называется водой потому, что она водянистая, — вставил ЯшаПолонский.— Поэтому, — продолжала Зина, — если парень подаст девушке пальто, вэтом нет ничего унизительного, простая вежливость.— Женщина называется женщиной потому, что она женственная, — неунимался Яша.— Именно! Почему обязательно ходить в сапогах, я предпочитаю туфли…— Танцевать удобнее?— Хотя бы! Мы будем танцевать независимо от того, разрешает это Генка илинет.На сцене ...