Без догмата

204 Диалоги I. Об основных свойствах русского народа и царственном единстве добродетелей Профессор. Прочел я Вашу «Салигию» и хотел бы поделиться с Вами некоторыми недоумениями. Я нахожу… Автор Салигии. Только, пожалуйста, без похвал. Я их очень люблю, но несколько неловко их выслуши-вать и занимать своею персоною других. Согласитесь, что это не соответствует ни христианскому смирению, ни нравам моих милых схоластиков. К тому же кто зна-ет? может быть, я напечатаю наш завязывающийся сей-час диалог, и тогда самый благожелательный читатель сочтет Ваши похвалы за мое самохвальство. Профессор. Не беспокойтесь. Такой опасности Вашему предполагаемому читателю не грозит. Повто-ряю, мне хочется разъяснить некоторые недоумения, и не по существу (по существу, Вы знаете, я неисправи-мый скептик), а… ну, скажем: по форме. И прежде все-го позвольте спросить Вас: чем объясняется такая странная форма «рассужденьица»? Зачем все эти обра-щения к читателю, все это, простите меня, ненужное суесловие? Автор. «Только в одежде шута-арлекина Песни та-кие умею слагать». Профессор. Нет, кроме шуток. Зачем, если Вы до-рожите тем, о чем пишете… Автор. Дорожу. Профессор. …постоянная полуулыбочка? Что это: боязнь высказаться прямо и смело и желание прикрыть себе путь отступления с помощью статических окопов? Я хорошо понимаю, что Вам нужна форма для откро-венной и интимной беседы с читателем. Но почему именно такая форма, невольно (а, может быть, и воль-