Письма А. И. Эртеля

1 долго былъ управляющимъ и о которомъ я у ж е упоминалъ, предложилъ отцу взять меня к ъ себѣ в ъ домъ, о б ѣ щ а я с ь дать мнѣ образование, « к а к ъ родному сыну» (дѣтей у него в ъ то время не было). Отдали. Ж е н а Савельева была француженка, актриса изъ какого-то бульварнаго т е а т р а в ъ П а р и ж ѣ , плохо и даже почти совсѣмъ не говорила по-русски, была совершенной красавицей и, завезенная Савельевымъ в ъ Россію, очень ску­чала. Она привязалась ко мнѣ, к а к ъ к ъ игрушкѣ, рядила меня, закармливала лакомствами... Ученье ограничивалось тѣмъ, что «крестный папа» иногда говорилъ, что значить такое-то француз­ское слово, и, спасибо ему, научилъ меня отлично читать по-русски. Остальное время я бѣгалъ съ дворовыми мальчишками, сидѣлъ около « Сильвіи Ивановны », перелистывая книжки с ъ картин­ками, г у л я л ъ в ъ саду и в ъ огромномъ цвѣтникѣ, игралъ в ъ солдатики, сладко ѣ л ъ и пилъ. Потомъ Савельевъ обвѣнчался съ Сильвіей, и к ъ нимъ стали ѣздить окрестные помѣщики, а также и они стали выѣзжать. Потомъ пріѣхали изъ Франціи отецъ и мать Сильвіи — какіе-то Пурмантье — небогатые буржуа, оше­ломленные раздольемъ и изобиліемъ жизненныхъ припасовъ в ъ богатой помѣщичьей семьѣ. Живо помню т - г Пурмантье, огром-наго и толстаго мужчину, помѣшаннаго на ѣ д ѣ . Для него по осо­бенному рецепту откармливали свиней, индѣекъ, гусей, куръ, т е л я т ъ , кроликовъ. И опять-таки съ какими-то особенными пріе-мами о н ъ самъ убивалъ всю эту живность, а иногда и гото-вилъ. Р а з ъ , иапримѣръ, онъ всю ночь напролетъ просидѣлъ съ вертеломъ, ж а р я индѣйку, завернутую в ъ толстые куски сала... Т а к ъ вотъ ѳтотъ-то обжора вызвался обучить меня по-фран­цузски. Правда, по-русски онъ ни слова не зналъ, а я, кромѣ какихъ-нибудь д в у х ъ десятковъ словъ, ничего не понималъ по-французски, т ѣ м ъ не менѣе я промаялся съ нимъ что-то до­вольно долго. Употреблялся такой учебникъ, в ъ которомъ рус-скія слова напечатаны были французскими буквами и наобо-рот...