Т. Сингер

ли они и есть правда — а в известном смысле это так, поскольку факт остается фактом: эти видения всплывают в его сознании и потрясают все его существо до самых глубин, — значит, они должны играть определенную роль в его жизни, это он, библиотекарь тридцати четырех лет, со значитель­ным опозданием закончивший свое образование, понимает. Пока ему не исполнилось тридцать, он мог лишь пожимать плечами, ощущая время от време¬ни стыд за самого себя, и не признавать, что стыд этот имеет какое-либо значение для его жизни в целом. Чувство стыда было мучительным, прав­да длилось оно всего несколько секунд. Теперь же размышления об этом непонятном чувстве стыда стали частью его размышлений о жизни. Что все это значит? Сингер не мог отрицать, что в его ви­дениях кроется какой-то особый смысл. Ему при¬шлось признать, что чувство, которое он ощущает, заново переживая свой прежний стыд, означает, что оно реально. Но в какой мере оно накладывает отпечаток на его личность? В своих рассуждениях Сингер исходил из того, что этот стыд имеет какое-то отношение к его тайному предназначению, воз¬можно, даже определяет его. Ведь мучительные пе¬реживания Сингера приводят к тому, что он тратит массу времени, блуждая в некоем подсознательном туманном мире, вместо того чтобы инстинктивно, автоматически избегать новых неприятных ситуа¬ций, которые, как мы с вами наблюдали, потом всплывают в его сознании. Ведь Сингера всегда под¬стерегает опасность. Всегда существует вероятность 29