Свободное слово

154 СВОБОДНОЕ СЛОВО ство и общество вообще. К тому же выяснилось — и это для ме­ня самое огорчительное, — что не удалось построить отношения естественного партнерства, так бы я сказал. Не обязательно жить в одном общем доме, люди могут жить рядом, но и тогда они вынуждены считаться с тем, что есть соседи. Есть такие объ­ективные факторы, как общая граница, какие-то общие эконо­мические интересы, культурные связи, наконец, общая истори¬ческая судьба, которые по-своему соединили разные народы в одну семью, называвшуюся когда-то царской Россией, а по­том Советским Союзом. Вопрос стоит так: почему мы не можем наладить наши взаимоотношения, которые с годами становятся не лучше, а в каком-то смысле хуже? И это в то время, когда в мире идет мощный процесс интеграции — народы, страны, эт¬носы объединяются, соединяются под флагом глобализации или даже не думая о глобализации. Соединяются в силу каких-то ес-тественноисторических, экономических, политических и со¬циокультурных причин, факторов, тенденций В этой связи хочу отметить одну особенность, которую я уло¬вил еще в советские времена. Мне посчастливилось тогда до¬вольно часто выезжать за границу. Сначала в восточноевропей¬ские страны (в одной только Чехословакии был четырнадцать раз, в Болгарии несколько раз), а затем и в западные страны, страны капиталистического мира. Тогда я заметил, что везде, где мы не дружили, не клялись в дружбе, не заключали каких-то широковещательных договоров о дружбе, меня и всех нас, со¬ветских людей, встречали очень хорошо. То есть нормально, с любопытством, пытались понять, вступали в диалог и так да¬лее. И наоборот, страны, с которыми мы дружили и которые, ка¬залось бы, были нам чем-то обязаны, нас встречали насторо¬женно, иногда с каким-то неявным, а иногда и с явным недоб¬рожелательством. Здесь заключалась какая-то закавыка, какая-то странная особенность, которую я хотел тогда понять. Я вспомнил об этом нынешним летом, когда разгорелись стра¬сти вокруг белорусско-российского союза, ко...