К истокам языкового разнообразия

195Беседа IV. Ближнее и дальнее родство языков [Собеседник — Г. С. Старостин]Е. Сатановский: Из трех наших разговоров стало более или менее понятно, что языки нельзя сравнивать «абы как». Но вот мы взяли на вооружение самую что ни на есть качественную методологию — с регулярными соответствиями, с контролем за семантическими из-менениями, с лексикостатистикой, с последовательным «ступенча-тым» сравнением от более близких к более дальним родственникам и так далее. И насколько же глубоко в прошлое вся эта методологи-ческая база позволяет нам продвинуться?Г. С.: Давайте, пожалуй, опять начнем издалека. В XIX веке возник концепт «праязыка» — точнее, не сам концепт (о том, что одни языки происходят от других, догадывались, конечно, и раньше), а представле-ние о том, что «праязык» — это такая почти что осязаемая реальность, которую, опираясь на данные языков-потомков, можно восстановить до такой степени, что даже можно будет научить человека на нем разго-варивать. Например, всемирную известность получила басня про овцу и лошадей, которую в 1868 году на праиндоевропейском языке написал и опубликовал Август Шлейхер. Еще бы: человек публикует целый текст, пусть даже короткий, написанный на языке, от которого до нас не дошло ни одного письменного свидетельства, — причем текст, полу-ченный не через мистическое откровение, а через строгое применение определенных правил, основанных на наблюдении языковых закономер-ностей. Текст, правильность которого может оценить любой желающий, знакомый с материалом, и, при необходимости — подправить (сейчас существует уже порядка пяти альтернативных версий, отражающих раз-личные этапы состояния индоевропейских исследований).