Рене Магритт (1898–1967)

Картины Магритта и в дальнейшем сохраняют все качества интеллектуальных игр, подчас очень жестких, посредством которых ху-дожник пытается вызвать изумление у зрителя, заставить его заметить странности (а для него — скрытую правду) в упорядоченном и незыблемом для обывателя укладе жизни. Столовая в его брюссельском доме, которую Магритт одновременно использовал как студию, превратилась в место встреч бельгийских сюрреалистов. Здесь еженедельно обсуждались важные для всех творческие проблемы, устраивались перформансы. Наладилась интенсивная выставочная деятельность. Это и персональные показы, как на брюссельских выставках в 1933 и 1941 годах, в Нью-Йорке в 1936 и 1947 годах, в Париже в 1948 году, так и участие в совместных международных экспо-зициях («Фантастическое искусство, дада и сюрреализм» в Нью-Йорке в 1936 году, сюрреалистическая выставка, организованная Марселем Дюшаном в 1938 году, и другие). Магритт иногда выступал в печати со своими теоретическими текстами, делал иллюстрации (для «Потребностей жизни и последствий мечтаний» Поля Элюара 1977 года, к «Песням Мальдорора» Лотреамона). Финансовую независимость поначалу обеспечивала рекламная студия «Донго», учрежденная им совместно с братом Полем. Но с 1935 года благодаря материальной поддержке драматурга Клода Спаака он оставил коммерцию и целиком смог посвятить себя свободному творчеству. Студия «Донго» перешла под руководство еще одного покровителя Магритта — Эдварда Джеймса. Именно Джеймс и Мёсан способствовали разрастанию славы Магритта в Евро-пе, а с 1947 года благодаря галеристу Александру Иоласу и в США.В 1940 году, когда немцы вторглись в Бельгию, Магритт до поры переехал на юг Франции: ему, бывшему коммунисту и представителю «дегенеративного искусства», было чего опасаться. Когда обстановка разрядилась, он вернулся домой, но пребывал в глубокой депрессии.