Святейший всероссийский патриарх Гермоген

— 28 — досе.тЬ небывалое: искони-монархическая Москва очутилась безъ государя. Если до этого времени оставалось хотя ка­кие-нибудь срѳдоточіѳ власти, то теперь „Москва—безъ ца­ря, государство—безъ главы, народъ, готовый к ъ движе­ний—безъ всякаго вѣрнаго, надежнаго движителя" !) . А между тѣмъ гроаныя тучи снова повисли надъ измученной Р у с ь ю . Внѣшніе и внутрѳнніѳ враги eu но дремали: ободрен­ные смертью Скопина Шуйскаго и низложѳніѳмъ царя Ba-снлія, они снова пришли в ъ наступательное двшкѳніе. Си-гизмундъ, польскій король, двинупъ къ Москвѣ свое вой­ско подъ управлѳніемъ гетмана ЖолкѣЕскаго, и оно скоро разбило русскихъ подъ г. Можайскомъ. Оисилъ и высту-пилъ снова и тушинскій царикъ, бѣжавшій в ъ свое время, о т ъ страха предъ Скопинымъ-Шуйскимъ, пзъ Тушина въ Калугу. Собравъ удѣлѣвшіѳ остатки своей тушинской р а з бойнпчьей шайки, онъ остаповился въ подмосковномъ селѣ Коломѳнскомъ. Заколебалась и столица. Н а ѳя улицахъ стали появляться подметныя грамоты—письма Жолкѣвскаго, с ъ дризывомъ избрать в ъ московскіѳ цари польскаго ко­ролевича Впадиспана и наслаждаться благодѳнствіемъ, или же, въ противномъ случаѣ, жестоко поплатиться з а ослу-шаніе. В ъ свою очередь и тушинскіѳ бродяги тайно агити­ровали въ пользу своего вождя—самозванца. Опять созда­лось для русскихъ ужасное положѳніѳ; настапъ р е ш и т е л ь ­ный моментъ... К ъ счастью Россіи, оставалось еще одно, что всегда соединяло и теперь могло сплотить вѣрныхъ россіянъ, могло вдохнуть въ нихъ жизнь и спасти отъ не­избежной гибели,—это православіѳ. В ъ эту-то трудную го­дину „лихолѣтья" и проявилось всего болѣѳ доблестное, неподкупно-честное стояніѳ патріарха Гѳрмогѳна за право­славную вѣру и русскую самобытность. Отлично понимая ') П. Рублевскій, цит. ст., стр. 130.