Будни 37-го в письмах, дневниках и документах
Книга посвящена одному из самых трагических периодов нашей страны — 1937–1938 годам — когда сталинский режим занимался массовым истреблением ни в чем неповинных граждан. В основе книги свидетельства обычных людей разного возраста, различных профессий, представляющих все слои советского общества. Воспоминания этих подвергшихся репрессиям людей трагической судьбы сопровождаются фрагментами материалов из их следственных дел на фоне страшных по своей циничности документов режима — постановлений, решений, переписки Сталина и его подручных. Материалы даны в сочетании с «жизнеутверждающими» фотокадрами, запечатлевшими будни и праздники парадной, официальной жизни страны.
Содержание
Содержание книги "Будни 37-го в письмах, дневниках и документах : историко-документальное издание"
Отрывок из книги
Аресты. Допросы. Приговорытеллигентных людей, видимо, жены расстрелянных. Некоторые были арестованы дома, других по телефону вызывали в жакт: «Зайдите на пять минут». Стояли теплые сентябрьские дни, и женщина, заперев детей, в легком халатике и тапочках приходила в жакт. Домой она уже не возвращалась, ее ждали и увозили, в чем была. Зачем? Чтобы не толпились в очередях у тюрьмы, ничего никому не рассказыва-ли и не досаждали властям требованием разрешить следовать за мужем, наивно веря в приговор «десять лет без права переписки». Оставленных детей или брали родственники, или они отправлялись в детские дома. «Камора» — так говорят в тюрьме — всё наполнялась. Уже трудно было найти место, где сесть, и тяжело дышалось. Ни газет, ни книг, ни работы для нас не было. Поутру мыли пол «вдоль и поперек обоим рукам», как настаивала тюремщица. Потом завтрак — пайка и «чай»... Первые дни никто не ел тюремную пищу, но другой не было — стали есть. Меня поразила верность традиции. Упомянутые Достоевским в «Записках из мертвого дома» редкие листья капусты, рыбные кости и вода — тот же рецепт современной баланды, один к одному.Жен иногда вызывали на допрос. Допросы были формальными, без всякого насилия:— Знали ли вы о контрреволюционной деятельности вашего мужа?— Нет, не знала, так как таковой не было. Меня вызывали дважды. Дважды запротоколировали, что я ничего не знала и знать было нечего. Когда я спросила следователя, что же будет дальше, он сказал: — Будем судить. — За что же? — Вы могли знать. — Вы предполагаете, что я могу украсть ваш кошелек, можно ли меня судить за кражу? Снимавший допрос очень рассердился и тут же отправил меня в «камору». Прошло недели две, и выяснилось, что нас действительно судили. Судила «тройка», заочно, не видя нас и не имея никаких оснований для суда. Нас выстроили в очередь в тюремном коридоре перед комнатой, где за столом, покрытым красной тряпкой, сидели какие-то люди. Перед ними стопка узеньких бумажек, напечатанных в типографии, и список. Бумаж...
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Будни 37-го в письмах, дневниках и документах : историко-документальное издание (автор )", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку