Необыкновенная история о воскресшем помпейце

26 Г Л А В А Ч Е Т В Е Р Т А Я . «— Отдаюсь, пожалуй. «Факиръ мой не даль мнѣ одуматься, набальзамиро-валъ меня, какъ бездушный трупъ, усыпилъ меня нало-женіемъ рукъ и закопалъ въ землю. Самъ я этого улсе не сознавалъ;нечувствовалъ, сколько времени пролелшлъ такъ въ землѣ. Но когда я очнулся, то оказалось, что я пролелсалъ ровно три мѣсяца. Я долженъ отдать справед­ливость Амбастѣ, что онъ принялъ всѣ мѣры, чтобы воз"-вратить меня къ жизни. Онъ дал;е перемудрилъ, не въ мѣру поусердствовалъ: точно онъ налилъ мнѣ въ жилы какой-то чудотворной лшдкости, у меня явился волчій го-лодъ, а кровь въ лшлахъ ключомъ заиграла. О смерти я забылъ и думать; жизни, самой веселой, безразсудной жизни лсаждалъ я всѣмъ существомъ. Но строгій быть богомольныхъ, трудолюбивыхъ индусовъ не давалъ мнѣ развернуться. Легкомысленныя потѣхи безпечныхъ, р а з -гульныхъ римлянъ, которыми я когда-то пренебрегалъ, представлялись мнѣ теперь особенно заманчивцми. T or чего у насъ нѣтъ, всего болѣе, вѣдь, насъ прелыцаетъ. Я тутъ же рѣшилъ возвратиться въ Римъ. Какъ ни отго-варивалъ меня мой аскетъ-факиръ, который смотрѣлъ на меня уже какъ на свою собственность, я настоялъ на своемъ. Тогда онъ, скрѣпя сердце, собрался также вмѣстѣ со мною. Онъ предвидѣлъ, что я еще пригожусь ему для новыхъ опытовъ, а можетъ-быть, впрочемъ, онъ нѣсколько тоже привязался ко мнѣ. Въ Римѣ я тотчасъ обзавелся лучшими учителями по всѣмъ частямъ, требующимъ те­лесной ловкости, и вскорѣ въ фехтованіи, въ метаніи дро­тика, въ стрѣльбѣ изъ лука, въ ѣздѣ на колесницѣ, а также во всякихъ безразсудствахъ, между молодыми па-триціями не было мнѣ равнаго. Тутъ до меня дошелъ слухъ о молодой Лютеціи, которая яркою звѣздою бли­стала между всѣми красавицами Подпей. Подобно другимъ