Литературная критика

16.016Зарубежная эстетика и теория литературы XIX–XX вв., 107Литеже,как выше,стремясь установить ее объект,мы,очевидно,не вполне четко отграничивали ее отэстетики.Но именно в этом и состояла нашазадача,и мы пытались показать,что право на этодала нам сама история.Действительно,всякаякритика пеpeстaeт быть критикой,если неявляетсяприменениемнапрактикенекоейэстетики;с другой стороны,всякая эстетика,еслиона не имеет основой и конечной целью историюлитературы,так сказать,повисает в воздухе.Яхочу сказать,что если у драмы,как мы привыклисчитать,есть свои законы,то они существуют несами по себе,но в теснейшей связи с историейдрамы,синтезом которой,они,по сути,иявляются;крометого,любоекритическоесуждениео"Нельскойбашне"или"Счастливейшем из троих"будет в известнойстепениприменениемили,еслиугодно,следствием общего хаpaктepа этих законов.Кчему нам разъединять то,что всегда былообъединено природой вещей,логикой и самойпрактикой?Чтобы легче было анализировать?Однако не должно ли посредством синтезавоссоздать целостность,нарушенную анализом?Ведь в действительности критика,эстетика иистория литературы существуют,лишь переходяодна в другую.Сделать полный критический