Очерки бурсы

он, когда наказывал сам (чрезвычайно редко), давал более десяти ударов(жестокие порки были делом инспектора), но его боялись несравненноболее, нежели инспектора. Эти десять ударов сопровождались обычнонепроницаемою таинственностью. Он объявлял ученику какой-нибудь егопроступок, о котором никто не знал, кроме провинившегося, и притомпроступок его всегда был серьезный, за который инспектор отодрал бы дострашного кровопролития, но тут имела силу уже не физическая боль, аименно то, что высек сам смотритель. Откуда он все знает? Бурсакамхорошо известно было, что у него хранится страшная черная книга(упоминаемая нами в первом очерке), в которую вносились всепреступления учеников и на основании которой составлялись аттестаты ихповедения, но как наполнялась эта демонская книга, в свою очередьклавшая темноту и мрак на лицо Звездочета? Дуракам приходили в головузрительные и слуховые инструменты. Самые беззатылочные глупцыуверяли, что Звездочет давно продал черту душу, что он по звездам всезнать может, и считали его колдуном. Люди поумнее подозревали тутфискальство; но сколько ни следили они за Звездочетом, какие пластыри(*5) ни употребляли - и признака, и тени фискальства не открыли: оно, как ирозги, было в руках инспектора. Все были в недоумении насчет этогообстоятельства. Все располагало к тому, чтобы окружить таинственностью,мраком, чуть не чародейством личность Звездочета. Жил он один,скромно, тихо, женщины никогда его не посещали. Во время экзаменабурсаки видели его, окруженного другими начальниками, относящимися вбольшинстве тоже с каким-то страхом и все с глубоким почтением. Ходилислухи, что и высшее начальство смотрело на него с уважением и ценилоего деятельность. Говорили, что он однажды предложил поднять на воздухздание духовной академии и что поднял бы непременно, толькопотребовал очень много денег; что англичане изобрели лодку, котораяходит под водой, и что, когда у них дело не ладилось, они, услыхав овеликой учености бурсацкого Звездочета, пригласили его, и ло...