Три заповеди Люцифера

Александр ОВЧАРЕНКО 30 — Тогда Вам, Дорошенко, придѐтся встать в очередь. У меня каждую неделю по три судебных заседания по защите чести и достоинства. — Значит, будет ещѐ одно. — Смелая! Заявление по собственному желанию с со-бой принесли или у меня в кабинете напишете? — У Вас за этим самым столом напишу, как только Вы наложите на мою статью резолюцию. Или Вы боитесь? — Боюсь! Только не Вас. Боюсь, что с таким мировоз-зрением Вы пропадѐте. — Не Ваша забота. — И слава богу, что не моя! — резким тоном произнѐс главный редактор и размашистым подчерком наложил резо-люцию. — Держите! — протянул он статью Василисе. — Эта статья — верх дилетантства. В набор не давать! — прочитала вслух Василиса. — Устраивает? — ехидно осведомился бывший начальник. — Вполне! — ответила бывшая подчинѐнная. — Заяв-ление я оставлю в отделе кадров! — и, не прощаясь, вышла из кабинета. *** Февраль — сентябрь 20** г. г. Петербург. Гражданский проспект Все беды в семье Кости Крутоярова начались после покупки календаря. Если быть точным, то и до этой знамена-тельной покупки жил Костя на положении ссыльного посе-ленца — без работы, но всегда под надзором. Надзор за Ко-стей осуществляли жена и участковый милиционер. И если последний Костю иногда, как мужик мужика, понимал, то до-гляд жены был строже, чем у фискалов пресловутого Третьего охранного отделения. Раньше Костя работал токарем на Кировском заводе, и получал хорошие деньги. Однажды Косте показалось, что де-нег достаточно много, чтобы он мог себе позволить в пятницу после работы посидеть с друзьями в пивном баре. Потом Ко-стя стал захаживать в бар не только в пятницу, но и в поне-дельник, потому как понедельник для рабочего человека день