Евреи в Варшаве во время последнего польского мятежа

I I I . Въ то время, когда старикъ Гольдгеймъ, сопуствуемый чиновникомъ, направлялся к ъ замку наместника, въ npieM-ной послЪдняго находилось уже большое co6panie людей ра­злична™ звашя и пола; тамъ были: военные и г р а ж д а н ш е начальники, блюстители благочишя, женщины,, наряженный въ черное и агенты повсташя; все они нетерпеливо ждали минуты, въ которую г. наместникъ удостоить ихъ сворй ауд1енцш. Между .тЬмъ въ пр1емной.полу-шумно, полу-сно-койно. Раздаются звоний говоръ, глухой шопотъ однихъ въ перемежку со вздохами и. охами другихъ. Чу ! водво­рилось сдержанное затишье: старый Гольдгеймъ неверными шагами, вршелъ въ залу ^ б р а ш я . Невыразимое смупше овладело пмъ при виде, что все безъ исключешя -обратили на него свои глаза и своими пронизывающими взглядами словно старались допытываться, кашя сокровенныя мысли лежать на дне его д у ш . Попадались даже взгляды, крупно посоленные презреыемъ. Старикъ совершенно смешался и, убитый мыслью, что его оклеветали передъ наместникомъ, прислонился у задняго угла комнаты. Немного погодя, по-дошелъ къ нему сопровождавши его чиновпикъ. — Сейчасъ я васъ, . г. Гольдгеймъ, представлю г. на­местнику ; съ этими словами онъ отперъ дверь въ другую залу, куда вошелъ и старикъ. Такое особенное расположе­н о к ъ недавно пришедшему еврею ошеломило все собраше, оно не могло надивиться этому стланному явдешю и не „знало какъ и чемъ объяснить его. Бывппя здесь женщи­ны и агенты, подъ влйяшемъ одолевшей ихъ подозритель­ности, обменивались злостными замечашями.