Анархия по Прудону

— 32 — принять эту рЬль вы этимъ самымъ создадите для нихъ новые чувства и интересы, совершенно отличные отъ чувствъ и интересовъ массы, такъ какъ всякій ' правитель по силѣ естественной необходимости находится въ пол-номъ противорѣчіи интересовъ съ управляемыми, и не мо­жетъ имѣть съ ними ничего общаго ни въ чувствахъ, ни въ желаніяхъ. Притомъ, какъ мы показали въ предыдущей главѣ, въ обществѣ, гдѣ господствуетъ экономическое неравенство, задача правительства, состоящая въ защитѣ пріобрѣріемнъітъ правь, въ охраненіи существующая порядка, по необходи­мости должна быть направлена къ охранению имущаго класса противъ неимущаго, капиталиста противъ требованій работника; правительство по необходимости являётся щи-томъ эксплуататора, палачемъ эксплуатируемыхъ. По горь­кой ироніи логики фактовъ искренніе демократы, приняв­шее правительственное полномочіе съ твердымъ и добро-совѣстнымъ намѣреніемъ служить "Народному дѣлу противъ кастовыхъ привиллегій, вынуждены были силою своего правительственнаго положенія сдѣлаться союзниками й сообщниками эксплуататорбвъ, которыхъ сами проклинали, и отправлять свою роковую власть единственнымъ спосо-бомъ, которымъ она можетъ отправляться, т. е. противъ свободы. И не ясно ли въ самомъ дѣлѣ? Можетъ ли власть, не налагая сама на себя рукъ, дѣйствовать противъ своего собственнаго начала? Не есть ли она прямое отрицаніё свободы? И неужели трудно понять, что всякое намѣреніё сохранить свободу подъ властью, учредить власть ли­беральную, 'охранить свободу помощью какойнибудь власти —есть противорѣчіе, нелѣпость? Но разберёмъ до конца разсужденіе правительственных* демократовъ. Народъ, говорятъ они, обеэпеченъ противъ измѣны сво-