«Я» как понятийная форма

раньше, не как базовое отношение социальной инте-грации: дело заключалось в том, что набирающим силу собственникам крупных вилл эксплуатировать общину было выгоднее. С одной стороны, община как объект эксплуатации надежнее отдельного крестьянина, по-скольку ее члены связаны круговой порукой и несут коллективную ответственность при оплате любой рен-ты, с другой стороны, укрепление общины требовалось и потому, что крестьянское хозяйство, становящееся с упадком городов главной производительной силой, невозможно вести без совместных работ, больших уго-дий и т.д. В результате кризис античного способа производства протекал в парадоксальной форме: в виде подрыва общины и одновременного (даже искусствен-ного) возрождения ее, но таким образом, что, ослаб-ленные, общины попадали в зависимость от крупных собственников157. Владения-доминии158 пришли на смену господство-вавшему в период Республики мелкому и среднему ин-дивидуальному производству внутри рабовладельче-ских вилл, которое не могло быть замкнутым и самодостаточным, обусловливая интенсивное развитие обмена. Небольшие размеры такой виллы давали воз-можность извлекать максимальную выгоду из рабского труда, за счет его рациональной организации и высо-кой квалификации хорошо обученных рабов, к тому же обозримость виллы обеспечивала осуществимый надзор. Интенсивное хозяйство таких вилл было мно-гоотраслевым и позволяло выращивать прихотливые культуры, требующие сложных навыков и знаний от работника. Но обученный раб – всегда угроза, так что этот тип производства имел естественные пределы ро-ста, поскольку при возрастании масштабов хозяйства снижалась инициатива и квалификация рабов и увели-чивался штат надсмотрщиков. В результате эксплуата-102