Слава и забвение
Сборник "Слава и забвение: парадоксы биографики" продолжает издательскую серию "Человек второго плана в истории", инициированную Ростовским региональным отделением Российского общества интеллектуальной истории.В публикуемых статьях представлена галерея портретов ярких неординарных личностей, оставивших заметный след в истории, но по тем или иным причинам не удостоившихся славы ее "творцов".Издание адресовано специалистам-гуманитариям и всем, интересующимся персональной историей.
Содержание
Содержание книги "Слава и забвение : парадоксы биографики"
Отрывок из книги
А. С. Крюков. Наставник: воспоминания и размышления об А. И. Доватуре 65ставление, помня со школьных времен лишь четыре буквы: «альфу», «омегу», знаменитую «пи» и почему-то «дельту». На этом мои познания в греческой азбуке заканчивались. Аристид Иванович весьма сурово, но в глазах я заметил лукавство, предупредил, что, если я не освою греческую азбуку, меня непременно покарает Зевс. И тут его указующий перст для убедительности оборо-тился на Зевса. Лишь тогда я заметил, что четвертым, кроме меня, ли-цом в кабинете был большой бюст Зевса, стоявший в простенке между окон и как будто обративший на меня внимание. Познакомив, таким образом, меня со всеми присутствующими, Ари-стид Иванович открыл портфель, который был не намного моложе свое-го хозяина, и протянул мне книгу: «Это Вам! У нас такая традиция, всем, кто поступает к нам на кафедру, я дарю книги». Впервые в жизни я держал книгу на латинском языке и, честно гово-ря, не знал, что мне с ней делать. Это была поэма Лукреция «О природе вещей». «Когда-нибудь дорастете и до Лукреция», — успокоил меня Аристид Иванович. Открыв книгу, он прочитал обращенную ко мне надпись, сде-ланную четким и аккуратным почерком: «Laboremus! — Давайте рабо-тать!». Под надписью стояла дата — 01.09.1960. С этого дня (тогда я этого не понимал, подобно многим своим одно-кашникам) началась для меня новая жизнь, освященная вниманием, за-ботой и любовью нашего нового наставника. Справедливости ради скажу, что отнюдь не всегда был хорошим уче-ником, в таких случаях Аристид Иванович грустно замечал: «Друг мой, вы мне не нравитесь» или — еще короче — «Я Вас не люблю». Непривычно и странно читать о человеке, которого знал почти чет-верть века, с которым постигал основы греческой грамматики и грече-ской политической мысли, с которым от первого до последнего стиха прочел «Антигону» Софокла и многих других греческих и латинских писателей, который за день до смерти написал рецензию на мою первую работу по классической древнос...
Внимание!
При обнаружении неточностей или ошибок в описании книги "Слава и забвение : парадоксы биографики (автор )", просим Вас отправить сообщение на почту help@directmedia.ru. Благодарим!
и мы свяжемся с вами в течение 15 минут
за оставленную заявку