Печать и уголовный закон

— 23 — ступлешя, можно включить въ ИЗВЕСТНЫЙ рамки, уста-новивъ тщательнейше надзоръ за производителями и распространителями этихъ товаровъ. Но сделайте то же самое съ газетой или журналомъ, и началу свободы печатнаго слова нанесенъбудетъ непоправимый ущербъ... За выд-влеже деликтовъ прессы въ особую группу го­ворить, такимъ образомъ, и самый характеръ оруд]я3 посредствомъ котораго они учиняются. Печать не терпитъ предварительного контроля, и тЪмъ легче она можетъ, очевидно, стать источникомъ крупнейшихъ злоупотреблений. Но обнаружить виновни-ковъ деликта прессы, безъ посягательства на право анонимности и тайну внутри-редакцюнной организацш, задача, при извЪстныхъ услов1яхъ, прямо безнадежная. Такъ, предоставляя печатному слову широкую свободу, государство должно въ то же время позаботиться о томъ, чтобы эта могучая сила не могла безнаказанно попирать охраняемые имъ интересы. Важность несомыхъ перюдической печатью сощаль-ныхъ функцш, безпредЪльность ея аудитории, недопусти­мость посторонняго вмешательства въ совершаемую прес­сой изо дня въ день работу, невозможность заранее определить известными чертами трудъ всЬхъ ея уча-стниковъ и легкость, съ которой, при отсутствии контроля, могутъ быть совершаемы посредствомъ этого орудия со­пряженные съ грома днымъ вредомъ для общественна го и частнаго блага деликты,—все это склоняетъ юриста поставить преступлена печати особнякомъ, выдвинувъ рядъ изъяли, съ одной стороны, въ пользу деятелей ея, и съ другой—въ ущербъ имъ, Порядокъ отступления отъ общихъ началъ уголовнаго права безраздельно царить въ настоящее время на всемъ европейскомъ континенте. За последнее время