Собрание сочинений

30 эмиль son ваютсд розовыя вершины холмовъ. А вотъ тутъ, подъ аркой ста-раго моста, покрытаго пылью, тихо течетъ обмелевшая Вюрна, между сожженными солнцемъ и точно покрытыми ржавчиной бе­регами, на которыхъ не видно никакой растительности, кроме вустарниковъ, умирающихъ отъ жажды. А тамъ — ущелье Ин-фернэ, за которымъ видна покрытая обрушившимися утесами гроз­ная пустыня, катящая въ безконечную даль свои ваменныя волны. Вотъ целый рядъ хорошо знакоиыхъ уголковъ—тенистая долина Раскаяшя, настояний букетъ среди сожженныхъ солнцемъ полей. А тамъ—лЬсъ des-Trois-Bons-Dieux, на темныхъ соснахъ котораго, освещенныхъ горячими лучами солнца, блестятъ, точно слезы, крупный капли смолы. А вотъ и Жасъ-де-Буфанъ, белею-щШ среди обширныхъ красныхъ земель словно мечеть среди огромной лужи крови... Вотъ еще целая cepin знакомыхъ уголковъ: овраги, въ которыхъ камни казались совершенно раскаленными отъ жары, песчаные .языки, впитывавпие капля за каплей всю воду Вшрны, дорожки, протоптанный козами, горныя вершины, обрисовывавш!яся на небесной лазури. — А это что? — воскликнулъ вдругь Сандозъ, указывая на одинъ изъ эсвизовъ.—Я не помню этого! Клодъ тряхнулъ въ негодовавши палитрой. — Какъ! Ты не помнишь?.. Ведь мы чуть было не свернули себе тутъ шеи. Помнишь, мы карабкались съ Дюбюшемъ со дна Жомгарды. Стена была крутая, гладкая, мы цеплялись ногтями. Добравшись до середины, мы повисли и не въ состояши были ни подняться наверхъ, ни спуститься обратно внизъ. Наконецъ, выбравшись кое-какъ, мы принялись жарить котлеты и чуть было не подрались изъ-за нихъ... — Ахъ, да, помню! — воскликнулъ Сандозъ. — Каждый изъ насъ долженъ былъ жарить свою котлетку на прутьяхъ розма­рина, которые мы развели, а ты вывелъ меня Ъзъ себя насмеш­ками надъ моей котлеткой, превращавшейся въ уголь. — Да, все это прошло, дружище! Теперь намъ не до прогу-локъ. Действительно, съ техъ поръ, какъ сбылась мечта «неразлуч-ныхъ>—поселиться въ Париже, чтобы завоевать его, существо-ван!е ихъ было весьма тяжелое. Вн...