Отечественные героические рассказы

npjyчить русскихъ людей ждать терпеливо лучшнхъ временъ, а пока они наступать, безропотно повиноваться. Въ такое-то время жилъ князь Александру онъ съумелъ сохранить доблести преж-нихъ русскихь князей и въ то же время умълъ ладить съ тата­рами. Грозный победитель Литвы, нъмцевъ, шведовъ—низко кла­нялся хану и, поднося ему подарки, смиренно умолялъ пощадить виновную Русь. Такъ было нужно тогда поступать. Еще за годъ до появлешя въ русской земле Батыя, Александре былъ посаженъ княжить въ Великомъ Новгороде. Здесь сиделъ княземъ его отецъ Ярославе; здесь провелъ онъ свои молодые годы и прошелъ трудную науку управляться съ новгородской воль­ницей. Молодой князь былъ высокъ ростомъ, красивъ собою, ре-чистъ и голосистъ: его голосъ гремедъ передъ народомъ или вой-скомъ какъ труба. Гроза татарскаго нашептол счастливо миновала Новгородъ. Батый опустошилъ земли Рязанскую, Суздальскую и Тверскую; онъ подошелъ уже къ Торжку. Жители этого города две недели отбивались и наконецъ обезеилнлн; перепуганные нов­городцы не двинулись на помощь. Татары сожгли Торжокъ, жи­телей перерезали всехъ безъ остатка и тронулись дальше. Они шли на озеро Селигере: пожары обозначали пхъ путь; люди ва­лялись, каке поленья дровъ. Передовые отряды монголовъ появи­лись верстъ за сто отъ Новгорода, какъ вдругъ Батый повернулъ назадъ и черезъ нынешнюю Калужскую губершю увелъ свою рать па отдыхъ въ половецшя степи. Онъ, верно, испугался большой воды, потому что дело было ранней весной, или, можетъ быть, святые угодники отмолили близкую беду. Такъ, по крайней мере, думали новгородцы, гордые заступоичествомъ св. Софш. Зато на нихъ нагрянула гроза съ другой стороны. Шнедшй король выпросилъ у папы позволеше огласить крестовый походъ на богоотступниковъ и язычниковъ финновъ. Бсемъ, кто приметъ у nacTie въ походе, было обещано пропьете греховъ. Охотнпковъ на эту приманку нашлось много; два года продолжались сборы,— и весть о нихъ дошла до новгородцевъ. Узнали они и про то, что шведы похвалялись перекрестить '...