Вопросы поэтики

с т в у ю щ е г о л и ц а , о п р е д е л е н н ы й с т о ч к и з р е ­н и я е г о з н а ч и м о с т и д л я х о д а д е й с т в и я . Приведенные наблюдения могут быть коротко фор­мулированы следующим образом: I . П о с т о я н н ы м и , у с т о й ч и в ы м и э л е м е н ­т а м и с к а з к и с л у ж а т ф у н к ц и и д е й с т в у ю щ и х л и ц , н е з а в и с и м о о т т о г о , к е м и к а к о н и в ы ­п о л н я ю т с я . О н и о б р а з у ю т о с н о в н ы е с о с т а в ­н ы е ч а с т и с к а з к и . II. Ч и с л о ф у н к ц и й , и з в е с т н ы х в о л ш е б н о й с к а з к е,—о гр а н и ч е н о. Если функции выделены, то возникает другой вопрос: в какой группировке и в какой последовательности встречаются эти функции? Прежде всего о последова­тельности. Есть мнение, что эта последовательность случайна. Веселовский говорит: „Выбор и р а с п о р я ­д о к задач и встреч (примеры мотивов) предполагает уже известную с в о б о д у " . Еще резче выразил эту мысль Шкловский: „Совершенно непонятно, почему при заимствовании должна сохраняться с л у ч а й н а я (кур­сив Шкловского) последовательность мотивов. При сви­детельских показаниях именно последовательность событий сильнее всего искажается". Эта ссылка на сви­детельские показания неудачна. Если свидетели иска­жают последовательность, то их рассказ бестолков, но последовательность событий имеет свои законы, и по­добные же законы имеют и художественный рассказ, и органические образования. Воровство не может про­изойти раньше взлома двери. Что же касается сказки, то она имеет свои совершенно особые, специфические законы. Последовательность элементов, как мы увидим ниже, строго о д и н а к о в а . Свобода в последователь­ности ограничена весьма тесными пределами, которые могут быть приведены в точности. Мы получаем третий основной тезис нашей работы, подлежащий дальней­шему развитию и доказательству: III. П о с л е д о в а т е л ь н о с т ь ф у н к ц и й в с е г д а о д и н а ...