Красный Царицын. Взгляд изнутри. Записки белого разведчика

40 Красный Царицын – Как за что? А идея величия Родины? А любовь к ней? A долг служения во имя ее славы? Червов мгновенно преобразился. Куда девалось его сочувствие к страданиям, только что перенесенным говорящим. Глаза его высохли и зажглись недобрым огоньком. – Вы говорите – родина. Кому нужна она, этот старый хлам. Нет никакой родины. Есть всемирный интернационал. Вот что должен видеть перед собой каждый человек... Долго еще шли разговоры на эту тему, окончившиеся Долго еще шли разговоры на эту тему, окончившиеся довольно неожиданным заключением Червова. Смысл его заключения был до-вольно ясен: – Жаль, жаль, что вас не расстреляли, а то вы, вызвав у меня со-страдание, только напрасно расстроили мне нервы, а мне это вредно. Еще один. Его задача состояла в мелких боевых командованиях. Кроме того на его плечах, лежала забота непосредственного охранения всякого рода и достоинства штабов тогдашних многочисленных командую-щих и главковерхов. Это комиссар Иванов, бывший моряк Черномор-ского флота, так приблизительно в чине прапорщика. – Эй, товарищи, поднимайся. Сейчас шесть человек могилу ко-пать, да винтовки взять, жлоба закопать надо. (Жлобом на юге в это время красногвардейцы звали всякого подозрительного человека). «Эй-эй, хлопцы, там четыре в кожаных куртках, (при штабе было таких четверо головорезов,) вали живей, тут есть, кого порешить надо», – кричал своим подчиненным Иванов. И хлопцы быстро валили, вскинув да плечи винтовки. Через ко-роткое время раздавались выстрелы... Хлопцы приводили в исполне-ние приговор. А вслед за выстрелами раздавался звучный баритон комиссара Иванова, который прилично пел даже оперные отрывки... – Онегин, я скрывать не стану, – напевал он после залпа хлопцев. Описанные комиссары принадлежат к более низкой группе рабо-тающих на месте, так называемых местных выборных, но конечно их никто и никогда не выбирает, а они назначаются от партии коммуни-стов. В Москве в самом скором времени пришлось встретиться с более высокой группой, ...