О прошлом и настоящем

32Раздел первый. Всматриваясь в прошлоеПоскольку главным направлением удара стали исследования процессов, происходивших (и происходящих) в Советском Союзе, наибольшие потери понесла именно эта область знания. Отдельные проекты были закрыты. Кто-то сменил тематику, обратившись к про-блемам далекого прошлого. Сохранившие верность современности перешли к изучению сравнительно нейтральных объектов, не пред-ставлявших интереса для официальных идеологов и «власть иму-щих». Некоторые начали работать «в стол», рассчитывая опублико-вать полученные результаты когда-нибудь в будущем. Соответственно, изменилась ориентация ряда исследовательских коллективов. Резко вырос удельный вес тех, кто в своей работе над внутренней проблематикой выходил за установленные системой иде-ологические рамки. Усилилась критическая заостренность анализа и конечных выводов. Многие из них превращались одновременно в средство политической борьбы.Меньше пострадали специалисты, исследовавшие международ-ные сюжеты. Их работы, особенно те, что имели выход на практику внешней политики, оставались востребованными структурами, гото-вившими и принимавшими решения. В отношении этих работ про-являлась некоторая терпимость — даже в тех случаях, когда отдель-ные оценки и выводы представлялись недостаточно идеологически выверенными. Однако и на этой области знания стало все заметнее сказываться общее похолодание.При всем том исследовательская работа продолжалась. Ростки возрождавшейся политической науки выдержали наступившие за-морозки. Постепенно расчищались идеологические завалы, накапли-валось политологическое знание, раскрывались новые горизонты, готовились и закалялись кадры для будущих прорывов. Были получены нетривиальные результаты при исследовании ряда направлений. Прежде всего, речь идет об общей теории политической науки (Ф. М. Бурлацкий, В. И. Гантман, М. Я. Гефтер, Г. Г. Дилиген-ский, Ю. А. Красин, И. К. Пантин, Н. Н. Разумо...