Юный Император Петр II. Императрица Анна Иоанновна

— 32 — заагётилъ: „Биронъ судить о л о ш а д я х ъ — какъ человекъ, а о людяхъ — какъ лошадь". Одно у него было достоинство: онъ никогда не при-бегалъ ко лжи, и если не хогЬлъ сказать правды, то предпочиталъ ничего не говорить. Ирибавимъ къ этому сильную волю и непреклонное стремле-Hie къ цели. Вначале Бирону не везло. Онъ пробрался ко двору Петра I , разсчитывая- обратить на себя внимаше Великаго Преобразователя Р о с с ш , но эти ожидашя не сбылись. Пребыван1е Бирона при польскомъ двор* было столь же безуспешно. Б и ­ронъ вернулся въ Митаву и сумелъ прюбрести расположеше русскаго резидента и гофмейстера герцогини Курляндской, Петра Михайловича Б е ­стужева. Однажды Биронъ, вследств1е болезни Бестужева, отправился на докладъ къ Анне Ь а н н о в н е . Лов-Kift искатель счастья поспешилъ воспользоваться представившимся случаемъ и произвелъ весьма благопр1ятное впечатлеше на герцогиню. Съ этого момента начинается возвышеше Бирона. Онъ по-лучаетъ зваше камергера и пршбретаетъ такое вл1яше на все дела, что безъ его совета и со­гласия Анна 1оанновна почти ничего не предпри-нимаетъ. Этимъ-то и объясняется, почему „верховники" потребовали у Анны 1оанновны не брать Бирона