От смутных дней

27 — Оля, это ты? Иди же сюда! весело позвала Рыбовская. «Нарочно кашляла, чтобы не застать врас-плохъ»! съ непр1ятнымъ чувствомъ подумалъ Ни­колай. «Вотъ это и противно, что приходится ло­маться». Въ кабинета вошла недурненькая брюнетка лътъ двадцати, Ольга Антоновна Аносьева. Года полтора уже жила она у сестры, послъ того какъ мужъ на третьемъ МЕСЯЦ* супружества ее бро-силъ. И она не сдълала драмы изъ этого обстоя­тельства. Ей было все равно. Бросилъ, такъ бро-силъ. Жить свободно даже очень хорошо. Во всякомъ случав лучше, чзмъ обманывать мужа, находила она, относясь, однако, съ болыпимъ снисхождешемъ къ поведешю сестры. Надо жить такъ, чтобы ни о чемъ не думалось. Въ газетахъ она часто читала имя мужа. Онъ произносилъ красивыя ръчи въ общественныхъ собрашяхъ, популярничалъ, шумьдъ. Вовсе не сердило ея, что усивхъ идетъ къ человеку, ко-тораго она считаетъ развратнымъ и даже не-честнымъ. — А, нашъ милый князь ЗДЕСЬ! притворно удивилась она,—вотъ весело... вы у насъобъдаете? — Сегодня воскресенье. Вся семья у дяди, мрачно отвътилъ Николай. Ольга Антоновна пожалзла. — Какая досада... Парменъ сегодня кутить. Мы однз. Хоть бы эашелъ неистовый Иллш-доръ... Онъ ввдь только вечеромъ увзжаетъ за границу, съ какимъ-то черепашьимъ повздомъ. — Да ввдь онъ уже простился, напомнила сестра. — Вьрно. Какъ это глупо! Васинька, знаешь, будемъ сегодня съ горя пить шампанское.