Пушкинская юбилейная литература (1899–1900 гг.)

— 25 — н я н ь , И в . Щегловъ *)» побывавшіе въ Михайловском*, двое первые д о праздника, а т р е т і й — поелѣ, тоже разговаривали съ таношннмъ народомъ о П у ш к и н ѣ , и, если вывезли оттуда нѣсколько курьеаовъ, т о все-таки пришли к ъ отрадному убѣжденію, что Пушкина нногіе и з ъ народа знаютъ и ц ѣ н я т ъ ' ) . Обзоръ этихъ статей, наводящихъ грусть, закончим* тѣми отрад­ными строками, который посвящены пушкинскому празднику въ „ В ѣ с т н и к ѣ Европы". Г . А. П . , сравнивая наши дни съ днями 1880 г . н находя между ними большую разницу, отнюдь однако не стано­вится исключительно на сторону 1880 г о д а : — „ д р у г і я времена, гово­р и т ь онъ, другіе люди, другое настроеніе" 3) . Онъ, не въ примѣръ цитованнымъ выше авторамъ, отмѣчаетъ „несомнѣнао искреннее увле­ч е т е " в ъ обществѣ, хотя не отрицает* и „грубыхъ диссонансовъ в ъ лнтературныхъ и общественных* я в л е н і я х ъ ' ) . „Послѣднія пушкин-с к і я торжества, отходящія теперь въ исторію,—читаемъ мы д а л ѣ ѳ , — при всѣхъ помянутыхъ ограниченіяхъ, представляют* не мало любо-пытнаго я привлекательнаго. Они были, прежде всего, столь широко р а с п р о с т р а н е н н ы е литературными празднестиомъ, какою наша обще­ственная жизнь никогда не видала со времени существования рус-•) Альбом* „Пушяинскій утолок*", сост. В. Остроіорсиій м В. К. Максима**. И. Щеглов*, „Но слѣдамъ Нушкнвекаго торжестна". Е. Опочинин*, „На родной землѣ ( 1 . Очерки в раасваан, 2. Поѣадка въ Иихайловскоѳ)". •) Т а к ъ к а к * туристы веѣмя снламя хотягь взъ мѣстныхъ мужнчковъ на­влечь что-нибудь для Пушкина в , судя во нмъ словамъ, обильно д а в т ъ при •том* „на чай", то, омѣемъ думать, скоро въ тѣхъ мѣстахъ разовьется новый промысел*—„раэснааывать про Пушкина". *) Совершенно справедливо говорить по атому поводу г. W . : „Тогда (въ I860 г.) впервые литература определенно в рѣэко предъявила свои права на широкое, общественвое значевіе,—періодъ Пушкина, Гоголя я Бѣлинсяаго былъ у ж е вполнѣ закончен...