Сны жизни

Ему никто не отвѣтилъ. Онъ заглянулъ в ъ скважину замка. В ъ комнатѣ было темно. — Анна Николавна, — повторилъ Вроцкій, нѣжно по­н и ж а я г о л о с ъ . До слуха его донеслись г л у х і я , сдавленныя рыданія. — Отворите, Нелли!—крикну л ь Вроцкій, к а к ъ власть имѣющій, гремя замкомъ. — Я з д ѣ с ь . C'est moi! В а ш ъ Ж о р ж ъ . . . — Уйдите... Оставьте!—разслышалъ онъ с ъ трудомъ вымученныя фразы. „Такъ и зналъ!.. Это месть Елизаветы Николавны... Она проболталась о моемъ ухаживаніи, а Нелли ревнуетъ... К а к ъ бы вправду не остаться entre deux chaises par terre!" Растерянный Ж о р ж ъ обернулся и очутился п е р е д ъ Литовцевымъ. И Господь его знаетъ, откуда онъ только в з я л с я , да еще в ъ эту минуту!.. Ж о р ж у д а ж е жутко стало, когда онъ в г л я д ѣ л с я в ъ лицо доктора. Оно было темнѣе ночи. — Плачетъ...—кинулъ Ж о р ж ъ Литовцеву. К ъ велико­му изумленію Вроцкаго, у этого чудака-доктора г л а з а сверкнули радостью. Вотъ у ж ъ все-то не по-людски! -•- Пусть плачетъ!.. Пузть!.. Т ѣ м ъ лучше... Хорошія это слеаы... И не вамъ ее утѣшить... — Но почему же?.. Позвольте... Она ошибается,—испу­ганно перебилъ Ж о р ж ъ , забывшій в ъ эту минуту обо всемъ на свѣтѣ, кромѣ того, что Нелли можетъ ускользнуть и з ъ его р у к ъ . — Повѣрьте, что моя любовь совершенно искрення... — В ъ этомъ я не смѣю сомнѣваться,—дерзко усмѣх-нулся Литовцевъ и посмотрѣлъ на Вроцкаго с ъ такой откровенной ненавистью, что тотъ потерялъ окончательно почву подъ ногами. — Помилуйте!.. Это нелѣпо даже... Мало л и з а к ѣ м ъ н а ш ъ братъ-холостякъ ухаживаетъ!—Онъ вдругъ испуганно осѣкся.—А главное—и оправданій моихъ не хочетъ выслу­шать... Будьте моимъ адвокатомъ, Павелъ Александрычъ... У меня честныя намѣренія... Лицо Литовцева опять потемнѣло. 30