Кавказская поминка о Пушкине. (26 мая 1799 - 26 мая 1899 гг.)

Г Л А В А П Е Р В А Я . Степи. Калмыцкая кибитка. Кавказскія воды. Военная грузинская доро­га. Владикавказъ. Осетинскія похороны. Терекъ. Даріадъское ущелье. Переѣэдъ чрезъ снѣговыя горы Первый взглядъ на Грузію. Водопро­воды. Хозревъ-мирза. Душетскій городничій. 15 мая. Георгшскъ. Изъ Москвы по-вхалъ я (і-го мая) на Калугу, Бѣлевъ и Орелъ и сдѣлалъ такимъ образомъ двѣсти верстъ лишнихъ, за то увидѣлъ Ермолова. Онъ живетъ въ Орлѣ, близъ котораго на­ходится его деревня. Я пріѣхалъ къ нему въ 8 часоьъ утра и не засталъ его дома. Извозчикъ мой сказдлъ мнѣ, что Ермоловъ ни у кого не бываетъ, кромѣ какъ у отца своего, простого, набож-наго старика; что онъ не принимаетъ однихъ только городскихъ чиновниковъ, а что всякому другому доступъ свободенъ. Черезъ часъ я снова къ нему пргѣхалъ. Ермоловъ принялъ меня съ обык-новенною своею любезностію. Съ перваго взгляда я не нашелъ въ немъ ни малѣйшаго сходства съ его портретами, писанными обыкновенно профилемъ. Лицо круглое, огненные сврые глаза, сѣдые волосы дыбомъ. Голова тигра на Геркулесовомъ торсѣ. Улыбка непріятная, потому что неестественна. Когда же онъ за­думывается и хмурится, то онъ становится прекрасенъ и разитель­но напоминаетъ поэтическій портретъ, писанный Довомъ. Онъ <5ылъ въ зеленомъ черкесскомъ чекменѣ. Нл стѣнахъ его кабине­та висѣли шашки и кинжалы—памятники его владычества на Кав-казѣ. Онъ, повидимому, нетерпѣливо сносить свое бездѣйствіе. Нѣсколько разъ принимался онъ говорить о Паскевичѣ и всегда язвительно: говоря о легкости его побѣдъ, онъ сравнивалъ его съ Навиномъ, предъ которымъ сгвны падали отъ трубнаго звука, и называлъ графа Эриванскаго—графомъ Эрихонскимъ. «Пускай нападетъ онъ,—говорилъ Ермоловъ:— на пашу не умнаго, не искус-наго, но только упрямаго, напримѣръ на пашу, начальствовав-шаго въ Шумлѣ,—и Паскевичъ пропалъ». Я иередалъ Ермолову •слова гр. Толстого, что Паскевичъ такъ хорошо дѣйствовалъ въ