Мои воспоминания

— 30 — гордый, и пользовался громаднымъ почетомъ среди всей округи. Н а другой crfnrfe. между дверьми, весь просгЬ-нокъ занимаетъ большой портретъ слепого старика, князя Горчакова, отца моей прабабки Пелагеи Николаевны Толстой, жены Ильи Андреевича. Онъ сидитъ у полукруглаго столика съ опущен­ными веками, и около пего, съ двухъ стороиъ, ле­жать носовые платки, которыми онъ вытиралъ свои слезящееся глаза. Разсказывали про него, что онъ былъ очень бо-гатъ и очень скуиъ. Опъ любилъ считать деньги и целыми днями пересчитывалъ свои ассигнации А когда ослЬпъ, онъ заставлялъ одного изъ сво-ихъ приближенныхъ, которому одному только дове-рялъ, приносить къ нему заветную шкатулку крас-наго дерева, ртпиралъ ее своимъ ключомъ, и на-ощупь снова и снова пересчитывалъ старыя, мятыя бумажки. А въ это время доверенный его незаметно выкрады-валъ деньги и па ихъ место клалъ газетную бумагу. И старикъ перебиралъ эту бумагу тонкими трясу­щимися пальцами и думалъ, что онъ считаетъ деньги, Дальше висятъ портреты монахини съ четками, матери Горчакова, рожденной кн. Мордкинои(Г705 г.). потомъ жены Николая Сергеевича Волконскаго, р о ­жденной кн. Трубецкой, и отца Волконскаго, того самаго, который разсадилъ яснополянскШ паркъ. «пришпекты» и лшювыя аллеи. Внизу, подъ залой, рядомъ съ передней, пана у строи лъ себе кабннетъ. Въ стене онъ велелъ сде­лать полукруглую нишу и въ ней поместилъ мра­морный бюстъ своего любимаго покоинаго брата Ни­колая. Этотъ бюстъ сделанъ за границей съ маски, и папа говорилъ намъ, что онъ очень похожъ, по-