Светлые дни

- 35 колоссъ, вырисовывалась эта безсмертная историческая Фигура и, Серафима Марковна чувствовала какой-то трепетъ предъ разсказчикомъ, точно все, что онъ го-ворилъ, являлось пдодомъ его личной Фантазш, его та-лантливаго творчества. Борисъ Платоновичъ не скупился на подробности. Къ тому же его самого поощряло внимате двухъ слу­шателей. Глубоко запало въ сердце подростающаго юноши все слышанное въ этотъ день, и долго еще после урока онъ обращался къ воспитателю своему то з а однимъ, то за другимъ дополнительнымъ разъяене-т е м ъ . У Серафимы же Марковны зародился въ ТОТЪ же вечеръ вопросъ: съ какою целью старается Борисъ Платоновичъ вкоренить въ Мише такое огромное ува-жеше къ великому монарху? такъ какъ онъ несомненно останавливался на подробностяхъ, далеко превыша-ющихъ программу учебнаго заведетя, при которомъ, решено было, Миша отныне будетъ только держать экзаменъ. Въ своемъ желанш ближе узнать самого Бориса Пла-тоновича, Серафима Марковна безъ особаго труда уве­рила себя, будто бы интересъ ея весь клонится на сто­рону сына, и несколько дней спустя, когда у Миши былъ урокъ Фехтовашя, она попросила воспитателя къ себе и поставила ему следующаго рода вопросъ. — Успели ли вы, Борисъ Платоновичъ, достаточно ознакомиться съ характеромъ и способностями Миши? — Полагаю., что да, Серафима Марковна, ответилъ онъ. — И къ какому выводу вы пришли? — Миша мальчикъ воспршмчивый:, онъ обладаетъ на­турой отзывчивою, но въ немъ нетъ настойчивости, да пожалуй нетъ и инищативы. Застенчивость, всегда охватывавшая ее въ разгово-р а х ъ съ этимъ чедовекомъ, давала и теперь себя знать, но Серафима Марковна победила ее и спросила: — А вы смотрите на это, какъ наболыше недочеты? Онъ не сразу ответилъ, а сперва слегка прищурилъ свои серые глаза на собеседницу и потомъ только про-иолвилъ односложно: ~ Да¬— Но почему же, Борисъ Платоновичъ? Миша бу­детъ обладать такимъ богатствомъ, которое не потре-з*