Зыряне и св. Стефан Епископ Пермский

— 29 — скихъ путешественниковъ (напр. отчетъ Отера королю Альфреду о его путешествш по сЬвернымъ странамъ во второй половин^ I X в.), которую простодушно при­няли наши историки за чистую правду, г. Дмитр1евъ на стр. 31, въ объяснеше находимыхъ разныхъ золо-тыхъ и серебряныхъ вещей и древнЬйшихъ Персид-скихъ монегь въ Пермской и Вологодской губ. (т. е. тамъ, где жили Пермь, Печора, Чудь, составлявппя Б1арм1Йсшй народъ), говорить, что эти вещи наносныя, что оне, при переноске съ юга на северъ, «какймъ-то образомъ» остались въ Пермскихъ странахъ и по­тому теперь случайно открываются отъ времени до времени; но такъ какъ оне—продукта» восточной тор­говли, то ничуть и не доказываютъ самобытной культур­ности древней Перми. Съ последнимъ выводомъ г. «скеп­тика» BiapMm мы согласны. Древше Б1армШцы, т. е. Зыряне и Пермяки не имели у себя культуры, но у нихъ была сильно развита звероловная промышлен­ность; BiapMificme леса были наполнены разными пуш­ными зверями, убивая которыхъ, Б1армШцы прюбре-тали себе богатство, состоящее изъ мягкой рухляди. Этихъ пушныхъ зверей они выменивали на иностран­ные товары, золотыя и серебряный монеты и вещи домашняго употреблешя*). Иначе какъ же могли попасть въ руки Б1армШцевъ старинныя Персидсшя монеты, раз­ные сосуды съ татарскою надписью и изображешями разныхъ тропическихъ зверей и растешй, если у нихъ не существовало меновой торговли, если у нихъ не *) У зырянъ собственна™ издЪл1я вещей домашняго оби­хода въ старину не было- Доказательствомъ служить то, что на зырянскомъ языкъ нЪтъ словъ для обозначешя самыхъ необходи-мыхъ вещей домашняго хозяйства, напр* горшокъ, ухватъ, пова­ренка, ковшъ и др.