Французская администрация и законодательство

xxvin ничто не разрушаетъ, но все, напротивъ, поощряетъ ж энергически развнваетъ чувство свободы; это чувство онъ черпаетъ въ своей релипозной в е р е и оно умеряется авторитетомъ той же веры и строгими нравами, образован­ными подъ ея вл1ян1емъ, что соответствуешь сознашю своей ответственности. Въ независимой церкви, отвергающей у ч е т е о пас-сивномъ повиновении, и въ общине, где американскШ гражданинъ самъ у правляетъ делами, въ этой двойной школе республиканской свободы образовался весь этотъ разумный и нравственный народъ, столь ревниво оберегавппй свои права отъ вторженШ метрополш. Такъ, когда въ 1.776 году англШскШ парламентъ постановилъ обложить американское населете налогомъ, не вотированнымъ его представителями, то онъ возсталъ съ необыкновенною энерпей, съ не-обыкновеннымъ единодунпемъ противъ. такого посягатель­ства. «Сопротивлеше было такъ обще, говорить Л а б у л э , что оно стало анонимнымъ. В о главе движешя стоялъ не одинъ какой-либо человекъ, а все делалось посредствомъ собрашй. Ничего драматическаго, ничего похожаго на нашу револющю, но нечто решительное, мужественное. Тутъ чувствуется сила и решимость народа, требующаго своего права, и сознается, что онъ добудетъ его. Неужели это политическое превосходство с деду етъ приписать р а с е ! Н е т ъ , я не принимаю этого извинешя, выгоднаго для всякой слабости и всякой низости. Американцы обязаны своею энерпей воспитанно;они пользовались свободой въ продолже-nie полутора вековъ». Пусть не торопятся заключать отсюда, что американской реводющи недоставало необы'кновенныхъ людей. Какъ же на самоиъ деле назвать такихъ людей, какъ Патрикъ Генри, Ганкукъ, Самуилъ Адамсъ, Франклинъ, Джонъ Адамсъ,