Собрание сочинений

27 вей нищеты, до унижеш'и человеческаго достоинства, часто въ сущности былъ добродушный челонЬкъ. держалъ въ своем* двор* толпу бедной шляхты, защн-щалъ и выводилъ въ люди своихъ кл!еитовъ, ис жалелъ для ихъ пользы ни денег*, нп забот*. Поляки споконъ-века кричали о свободе, но свобода у них* была только сердечная, а иикакъ не разумная; последняя стремится къ тому, чтобы всему обществу было хорошо, чтобы склонности ц иобуждешя каж-даго лица подчинились потребности общаго добра, ндеалъ ся—иорядокъ, гар-мошя; при свободе сердечной, неуправляемой умомъ, мало думаютъ или совсемъ ис думаютъ о томъ, что прямо не соприкасается съ нобуждешями сердечной иензии. Человек*, въ сущности добродушный, желает*, чтобы было хорошо только темь, кого опъ часто видит* и съ которыми делит* своп сердечныя ощущешя, а до тЬхъ, съ кемъ соединястъ его только идея, ему мало дела. Такъ, подчасъ иольскому пану, живущему въ Великой Польше, корчившему и одевавшему де­сятки или даже сотни шляхетскнхъ семей, которых* довольство ему доставляло безкорыстное наелаждеш'е, мало прилегала къ сердцу судьба соотечественников*, терпевшнхъ разореше отъ татаръ где-нибудь на Волыни. Свобода сердечная ищет* только удовлетворен!^ частных* склонностей и снмшшй; ндеалъ е я — беапорядокъ, потому что безъ всеуравнивающаго ума, дающаго всему место в время, размер* и границы, невозможно согласить разнообразя личныхъ свойств* и побуждешй. Польша это сознавала и въ иродолжеше веков* не затруднялась говорить открыто, что она существустъ безиорядкомъ (nierzadem Polska stoi). Мы не зиасмъ, существовалъ ли другой подобный иародъ, который прнзнавалъ бы нормальнымъ состоящем* общества безнорядокъ. Г д е такая свобода, свобода безпорлдка, там* непременно должна была образоваться крайняя аристократ!Я, неравенство сослош'П и норабощеше одних* другими. В* Польше такъ и было: сначала cououic леховъ или шляхты поработило cocioitit* кметей или хлоновъ, а потомъ п среди шляхты образовалось неравенство, которое было т1;мъ уродлив...