Литературные первоисточники и прототипы трехсот русских пословиц и поговорок

(II. X V I 111) собств: „бѣда въ бѣду упиралась“ , какъ будто плотво сомкнутый рядъ воиповъ (cf. ibid. ѵ. 215); δέχεται κακύν éx xoxoù αΐεί (Н от. II. X IX 290): „бѣда за бѣдой слѣдуетъ непрерывно“ ; Аналогичныя выраженія находятся у трагиковъ, затѣмъ у Геродота и Эліана *)· Столь распространенная греческая сентенція не могла ос­таться неизвѣстной римлянамъ; наиболѣе подходящее выраженіе нахо­дится у Теренція: aliud ex alio malum (Ter. Eun. 987), т. e. „одна бѣда за другою“ .11. Омовеніе рукъ русскій народъ считаетъ необходимымъ не только предъ молитвой и вообще священнодѣйствіемъ, но и предъ ѣдой: не умывъ рукъ, за столъ не садятся2). Поэтому, выраженіе — съ неумытыми рунами прнступать къ дѣлу, или грязными руками прикасаться къ чему въ фигуральномъ смыслѣ у насъ употребляется для означенія невѣжества и неуваженія къ дѣлу. Такія понятія очень древни н восходятъ ко временамъ Гомера и Гесіода, которые считали грѣхомъ совершать жертвенное возліяніе богамъ неумытыми руками: 'Хероі δ’ ανίπτοισιν Ait λεϊβειν αΐθοπα οΓνον "Αζομαι (Н от. II. VI 266); Μηδέ ποτ’ έξ ήοΰς Διί λεφειν αΐίΐοπα οίνον Χερσϊν άνίπτοισιν μηδ’ άλλοις άθανάτοισιν (Hesiod, ορρ. 72d sq). У Гомера гостямъ, прежде чѣмъ они сядутъ за столъ, служанка, или герольдъ приноситъ воды для омовенія рукъ (Χέρνιβα δ’ άμφίπολος etc.); также предъ молитвой умывали руки (Odyss. I I 261), безъ сомнѣнія, въ томъ убѣжденіи, что приближаться къ Богу нужно какъ съ чистыми руками, такъ и съ чистыми помыслами. Происшедшая отсюда поговорка— λνίπτοις χερ- оіѵ (άπτεσίΐαι) у Diogcn. I 43 и Apost. II 95 рано сдѣлалась извѣстна римлянамъ (Plaut. Poenul. 316 inlutis manibus) и позднѣе встрѣ чается даже въ Дигестахъ Юстиніана3). Еще болѣе распространена была у грековъ, а затѣмъ и у римлянъ аналогичная ...