Кристофер Марло и русская литература

364 мненным достоинством прочтения Г.А.Шенгели стало умение переводчика не превышать числа стихов оригинального текста, способствовавшее макси-мально полной передаче экспрессии речи короля, особенно очевидной при сравнении этого перевода с переводами предшественников: «О, чванный Рим, вскормивший слуг столь пышных! / Огнями суеверных свеч, – горящих / В церквах антихристовых, подожгу я / Истлевшие твои дворцы, заставлю / Твердыню папы землю целовать! / Тибр запрудит от тел попов убитых, / Мо-гилы их повысят берега! / А пэров, что поддерживали церковь, / Всех ис-треблю, есль быть мне королем!» [337, л. 9]. А.Д.Радлова предложила несколько упрощенную интерпретацию, харак-теризовавшуюся неудачным подбором лексики (например, потрескавшиеся, ветхие здания оказываются у нее расшатанными), нарушением сочетаемости слов (в частности, церкви у нее могут сиять факельщиками), сумбурным по-рядком слов, «рубленостью», резкостью синтаксических конструкций: «Спе-сивый Рим, высиживаешь ты / Надменных факельщиков, суеверных, / Кото-рыми антихристовы церкви / Твои сияют. Я сожгу твои / Расшатанные зда-нья. И все замки / Я папские лобзать заставлю прах, / И от поповских трупов Тибр распухнет; / И берег вырастет от их гробов. / А что до пэров, что с по-пами вместе, / Не будь король я, все они умрут!» [336, л. 29]. В значительной мере недостатки перевода А.Д.Радловой были сглажены благодаря редакции А.А.Смирнова: «Спесивый Рим, ты наплодил вот этих / Холопов суеверных и надменных! / Они блистают, залитые светом / Свечей твоих антихристо-вых храмов. / Спалю я зданья ветхие твои, / И в прах падут твердыни пап-ских замков, / И от поповских трупов Тибр распухнет; / И берег вырастет от их гробов. / А что до пэров, ладящих с попами, / Не буду королем я, если только / Всех до последнего не истреблю!» [330, с. 411]. Оказавшись в заточении, Эдуард мечется в пароксизмах пытки насиль-ственного отречения от престола, взывая ко времени (д. V, сц. 1): «Continue ever, thou celestiall sunne, / Let...