Михаил Ларионов (1881–1964)

39Данная работа любопытна для детального рас-смотрения. Зритель видит, что правая нога солдата вывернута вопреки законам анатомии, а на его левой руке — всего четыре пальца. О многочисленных прегрешениях художника в области линейной перспективы и говорить не при-ходится. Реалистичность изображения была для Ла-рионова сравнима с личным оскорблением. Кроме того, он нарочно игнорирует нюансы светотеневой моделировки и правило единого источника освеще-ния, это своего рода плевок в сторону ненавистного училища и всего салонного искусства.Живописец играет со стереотипами восприятия, подвергая осмеянию все канонические образы ми-рового искусства. Особенно неравнодушен он к тра-диции изображения богини Венеры, восходящей от древнеримской мифологии. Критики часто замечают, что сама поза солдата ассоциативно отсылает зрителя к «отдыхающей Венере». Любопытно, что Венера по-является и на заборных рисунках, напоминая древ-нюю наскальную живопись. Именно такие женские фигуры рядом с силуэтами парнокопытных можно встретить в пещерах времен мезолита и неолита. В связи с утрированной выразительностью неве-роятно сложно прочитать эмоциональную трактовку выражения лица солдата. Некоторые искусствоведы описывают его как «задумчиво-угрюмое», иные же больше склоняются к «плутовато-циничному». На-рочито аляповатая манера мастера затрудняет пони-мание и других нюансов: сине-фиолетовое пятно во-круг глаза солдата походит на тень, но одновременно может иллюстрировать результат дебоша. Не менее гротескной предстает и сама живописная плоскость: пучки густых разнонаправленных мазков воспри-нимаются глазом как некая единообразная «мазь», упрямо и неделикатно втираемая в полотно.