Размышления о представительном правлении

— 26 — какое нибудь одно благо, мы можемъ потерять другое; такъ напр., возможное увсдиченіе богатства и вмѣстѣ съ тѣмъ уменьшение добродѣтелп. Если допустить это, то этимъеще не доказывается родовое отличіе прогресса и порядка, а только то, что богатство разнится отъ добродетели. Прогрессъ есть сохраненіе и что-то еще сверхъ того, и это неопровергает-ся, когда говорятъ, что прогрессъ въ одномъ отпошеніи еще не предполагает! сохраненія во всякомъ другомъ. Точно также прогрессъ въ одномъ отношеніи не предпола-гаетъ прогресса во всякомъ другомъ. Но прогрессъ въ од­номъ какомъ-нибудь нредметѣ прсдполагаетъ въ немъ и со-храненіе: если же сохраненіе приносится въ жертву какого-бы то нп было рода прогрессу, то еще болѣе приносится ему въ жертву всякой другой прогрессъ; и если жертва без-плодна, то тогда не только опущены изъ виду интересы сохраненія, но и общія интересы прогресса остались не понятыми. Если въ попыткѣ ученымъ образомъ определить поня-тіс хорошаго правлснія нспрсмѣнно желать употребить эти, несправедливо протпвоположенныя другъ другу, идеи, то было-бы ФИЛОСОФСКИ правильнѣе опустить въ опре­делены слово Порядокъ и просто сказать, что лучшее правленіе то, которое всего болѣе ведетъ къ прогрессу. Потому что прогрессъ прсдполагаетъ порядокъ, но поря­докъ не предполагаетъ прогресса, Прогрессъ есть высшая степень того, что порядокъ представляетъ въ меньшей. Порядокъ, во всякомъ другомъ смыслѣ, обнимаегъ только часть необходимых! условій хорошаго правленія, а ни­сколько не его идею и существо. Порядку всего при­личнее- указать мѣсто между условіями прогресса, такъ какъ, если-бы мы захотѣли увеличить сумму нашего бла-