Памятные дни

какъ, вопреки даннымъ военной науки и здра­вому смыслу, требовалось по диспозиціи, вы­работанной въ высшихъ штабахъ. На слѣдующій день послѣ атаки, 2 го ок­тября, нѣмцы энергично принимали свои мѣры для обратнаго овладѣнія утраченнымъ имъ уча-сткомъ Квадратнаго лѣса. На фронтѣ ихъ по­явилась тяжелая артиллерія, которая откуда-то съ фланга стала пристрѣливаться по расиоло-женію баталіона .Минометы продолжали громить насъ съ фронта, сковывая передвижения и пре­пятствуя работамъ по устройству на новой по­зиции На лѣвомъ флангѣ возобновился упор­ный бой ручными гранатами, въ которыхъ у насъ былъ большой недостатокъ. Активность и- энергія нѣмцевъ, въ связи съ нашими потерями и утомленіемъ, стала внушать безпокойство за прочность всего нашего поло-женія въ лѣсу. На участокъ моего баталіона направлялись, какъ и наканунѣ, резервы. Но они заполняли ходы сообщений, несли безпо-лезныя потери и, плохо управляемые по недо­статку офицеровъ, вносили сумятицу и безпо-рядокъ. Повторялось обычное въ тотъ періодъ явленіе, что въ пунктахъ напряженнаго боя скоплялось много вооруженныхъ людей, но лю­дей бездѣйствующихъ и безполезныхъ. Когда сосредоточивались они для повторе-нія отбитыхъ нашихъ атакъ, причемъ иногда, какъ говорилось напримѣръ въ приказѣ 3-го сентября, „по трупамъ павшихъ", то забыва­лось отличіе окопной войны отъ полевой. На­сколько въ послѣдней, въ дѣйствіяхъ резерва­ми, возможна импровизація, настолько въ пер­вой должна быть заблаговременность и въ подготовкѣ и въ организации. Предназначенные для обороны и отбитія контръ-атакъ, какъ это было въ описываемые — 31 —