Вечный зов

Перешагнув через порог, Антон тревожно обшарил глазами кабинет.– Здравствуй, Петр, – сказал он негромко. – И тебя выследили ищейки? Сердце Полипова заледенело. Что, если Свиридов объяснит, каким образом его, Полипова, «выследили»? Но Свиридов только нервно усмехнулся од-ними губами.Антон тяжело, как старик, подошел к столу и сел на стул, понюхал воздух.– Опять пил, Свиридов?В глазах у Свиридова блеснул лихорадочный огонек, стал разгораться.– Не пойму я тебя, Свиридов, – продолжал Антон. – Вернее, кажется мне иногда – жжет тебя внутри какой-то огонь, остатки совести, что ли, человеческой в тебе шевелятся, и ты заливаешь, глушишь эти остатки водкой.– Верно, угадал, хе-хе… – Смех Свиридова был сухой, деревянный.– А потом подумаю: нет, какая может быть совесть у озверелого палача, опустившегося до уровня скотины!– И тут угадал, хе-хе… – И вдруг, зеленея, взорвался: – Угадал, да, да! Угадал! – И обхватил голову обеими руками, запустил пальцы в волосы, будто хотел вырвать их. – Только тебе от этого не легче. Не легче!– Да, я знаю, ты расстреляешь нас всех – меня, Лизу… всю нашу семью, – проговорил Антон. – Юрку даже… ребенка не пожалеешь. Но ведь народ-то весь вам не перестрелять, не уничтожить, не подмять.– Да? – И Свиридов усмехнулся. – Ты что, слепой, глухой? Не знаешь, не понимаешь, что происходит в Рос-сии? Новониколаевск пал, Челябинск, Екатеринбург, Бар-наул, Омск, Томск, Красноярск наши. На Дальнем Востоке японцы, Забайкалье контролирует атаман Семенов, Южный Урал – атаман Дутов. В Поволжье добивают остатки крас-ных отрядов. Все! Советской власти хватило на полгода. Была – и кончилась. И не будет больше.